Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Семья Звонаревых. Том 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Да, всего хватало, – устало отозвалась Варя.
Между тем шум в трактире стихал. Подоспел большой наряд конной полиции, район оцепили, начались аресты зачинщиков драки. Вернувшаяся детвора наперебой рассказывала о том, что происходило внизу.
– Двух насмерть убили: одного зарезали, а другому голову камнем проломили. Одному кишки с брюха выпустили, на полу в трахтире помирает…
– Доктор ещё не ушёл? – заглянула соседка в дверь. – В трактире фараону нос перебили да троих рабочих покалечили.
– Всё это водка окаянная! – сжал кулаки больной. – Когда же кончится проклятье это?!
– Пойдёмте, коллега, заниматься хирургической практикой, – обратился Краснушкин к Варе и поклонился хозяевам: – До завтра, друзья.
– Приходите пораньше, засветло, пока в кабаке тихо, – прокричал им вслед больной.
Около трактира собралась большая толпа. Городовые пытались разогнать её, но никто не уходил. Когда Краснушкин спускался по лестнице на первый этаж, впереди неслись ребята и горланили на все лады:
– Дорогу! Дорогу! Дохтур идёт, дохтур!
– Где доктор? Кто тут доктор? – спросил один из полицейских.
– Я врач, нужна моя помощь? – подошёл к нему Краснушкин.
Городовой окинул его недоверчивым взглядом.
Краснушкин назвал свою гвардейскую часть.
– Прошу, Ваше благородие, пройти в помещение трактира, – козырнул полицейский.
В сопровождении Вари Краснушкин пошёл за полицейским. Тот расталкивал зевак и покрикивал:
– Разойдись! Дай дорогу господину доктору! Его увеченные ожидают.
Почти все оконные стёкла в трактире были выбиты, наружная дверь сорвана с петель, пол внутри был завален черепками посуды, битым стеклом. Между опрокинутыми столиками лежала массивная буфетная стойка.
Двое половых наскоро вениками подметали заплёванный и грязный пол.
Раненые находились в соседней комнате. Здесь за громоздким столом восседал усатый пристав. Перед ним со связанными назад руками стояло несколько человек. Задержанных караулили городовые с револьверами в руках. У стены на клеёнчатом диване лежал обмотанный белыми тряпками парень лет двадцати, а рядом в кресле сидел с завязанным лицом полицейский. Его чёрная шинель спереди была густо залита кровью. Оба раненых громко стонали.
Узнав о прибытии врача, пристав поднялся из-за стола.
– Очень прошу вас, господин доктор, оказать первую помощь полицейскому уряднику Лихину. Кто-то из этих мерзавцев жестоко изувечил его, – кивнул он головой на арестованных.
Когда разбинтовали лицо раненого городового, то глазам открылась страшная картина: вся левая сторона его лица представляла одну огромную кровоточащую рану. Левый глаз был выбит, скула и верхняя челюсть раздроблены. Зубы нижней челюсти виднелись через разорванную щеку.
