Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Семья Звонаревых. Том 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба супруг Звонарёвых, Борейко и Блохина разворачивается после Русско-японской войны. Повествование фокусируется на жизни героев до 1916 года, раскрывая личные драмы и конфликты. Поступки персонажей влияют на их дальнейшее развитие в напряженной обстановке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Там, где нужны были йод, бинты и марля, эти врачеватели применяли навоз, куриный помёт, паутину и табачную пыль…
Видя смерть там, где можно было спасти человека простым вскрытием гнойника, и чувствуя себя бессильной сломить суеверие и темноту людей, Варя всё больше убеждалась, что применение современных методов лечения было невозможно без широкой пропаганды самих основ медицины. Она предложила читать для рабочих популярные лекции на медицинские темы.
– Лекции?! Да вы что? – вытаращил на неё глаза Гусев. – Во-первых, это совершенно бесполезная затея, так как наших местных чалдонов пушкой не пробьёшь, не то что словом, во-вторых, я не могу доверить вам – лично вам, чтение таких лекций.
– Почему? – удивилась Варя.
– Кто мне поручится, что вы не используете ваши лекции для противоправительственной политической пропаганды? – напрямик заявил Гусев.
– Я представлю вам подробный проспект лекций, – предложила Варя. – Кроме того, для контроля или надзора на лекции может присутствовать жандарм.
– Всё это чепуха! – отмахнулся Гусев. – Если на лекции будет жандарм, то туда вовек никто из рабочих не пойдёт. И вообще – от всего сердца советую вам, коллега: бросьте эту затею. Это не модно и опасно. Хватит либерализма и революционного пафоса. Девятьсот пятый год не повторится! Мы тут тоже было свою республику создали, – усмехнулся Гусев. – А чем всё кончилось?
Карательные отряды, расстрелы, виселицы… Нет уж, коллега, избавьте от неприятностей меня и пожалейте себя. Никаких лекций – баста!
Умнов даже слушать не стал предложение Вари.
– Нет, нет, Варвара Васильевна, и не говорите, – заткнул он пальцами уши. – Возиться с чернью, просвещать её, чтобы она потом подвесила тебя на уличном фонаре? Плюньте на этот скот, Варвара Васильевна. Ваша любовь к этим дикарям уже привела вас сюда, в Красноярск. Неужели вас тянет ещё дальше, скажем, в Туруханск?
Залесов, узнав от кого-то о неудачных попытках Вари организовать чтение медико-просветительных лекций, однажды сказал Варе в перерыве между операциями:
– Жаль, коллега, что вам не разрешили просветительной деятельности.
– Значит, вы поддерживаете мою идею? – с благодарностью взглянула на него Варя.
– Просто-напросто мне очень скучно в тюрьме, – вздохнул Залесов. – Я надеялся, что эти лекции обеспечат вам местечко хотя бы в соседней камере. Моё унылое одиночество скрасило бы ваше соседство.
– Тогда уж лучше скучайте там один, – ответила Варя.
Усталая, продрогшая, голодная, возвращалась Варя из поездок по линии. Хозяйка дома, из староверок, была молчаливой, набожной женщиной. Она всегда встречала свою квартирантку сытным обедом. Особенно мастерски она делала пельмени с острой луковой приправой.
