Я прохожу вперед и с любопытством принимаюсь наблюдать за разыгрывающимся представлением в первых рядах. Ох, вот чего не хватало мне долго! Мыльной оперы вечерком по телеку.
Мужчина в белой рубахе горланит, а девица в платье с пышной юбкой в окружении воинственно настроенных мужчин горестно поливает слезами землю по другую сторону площади.
— Раз уж так сложилось, я требую развода, — другая девушка, не Сиена, с холодным колким взглядом, которую прежде никто не замечал, объявляет громогласно, привлекая к себе всеобщее внимание.
Вау, вот это страсти! Прижимаю руки ко рту, ноги сами останавливаются на месте. Не уйду, пока не увижу развязки. По толпе проносятся удивленные вздохи. Они тоже никуда не собираются. Людей становится больше.
— Что за? И такое выражение лица делает тот, кто изменил? — бормочу себе под нос, глядя на мужчину.
— Ариса, прости меня! — плачет Сиена, заметив третью сторону этого треугольника. — Но мы ведь все еще друзья?
Кошечки! Так они еще и дружат!
Ариса, законная жена этого изменщика, настолько шокирована наглостью, что, по-видимому, у нее нет слов. И это говорит та, что увела у подруги мужа?
— Ариса, я лишь шел на поводу у отца. На самом же деле, я никогда тебя не любил. В моем сердце навечно Сиена! — голосит белая рубаха.
Боги, кто дал этому мужчине дар речи, заберите обратно! Мало изменить, так еще и такие слова извергать, совести нет!
Не хватает только попкорна.
— Я тоже люблю тебя, Чарли! — кричит Сиена и, несмотря на жалкие попытки своей охраны ее остановить, бросается вперед, через площадь и виснет на шее мужика, выражение которого застыло шокированной, не верящей в собственное счастье маской.
Эх, на самом деле где-то там мне тоже изменяют…В любом случае, Шарлотта ведь главная героиня. Изменяет ли мужчина своей супруге с ней, любовь на все закроет глаза, да?
— Прекрасной вам любви!
— Вокруг одни изменщики! — выплевывает одновременно мужчина по соседству с закрытым капюшоном плаща лицом, и разворачивается, явно в шоке от моей реплики.
— …Вперед, вдвоем или втроем, — заканчиваю, когда мы с незнакомцем, перебившем мой возглас, встречаемся недоуменными взглядами.
Первая мысль: от кого скрывается этот человек?
Помимо капюшона на голове, у него и повязка на пол лица натянута.
Его глаза расширяются, не могу разглядеть, какого они цвета из-за тени от капюшона. Узнал, что ли?
Ну, в городе я личность известная, что ни неделя, очередная статья в газете авторства Лавинии, благодаря посвященным мне текстам ее рекрутировал первый столичный обозреватель, только проставляться журналистка вовсе не спешит.
— Ложись!
В том месте, где еще мгновение назад была моя голова, пролетает огненный пульсар.
Ох, мужики, не изменяйте женам, если они магички!
Ариса разозлилась.