В уютной спальне запах лаванды приятно свежит воздух, когда ты прерывисто дышишь после непривычного сна. Вдруг раздается тревожный звонок — кто бы это мог быть? Твои мысли отвлекаются на важную новость, и ты невольно резко вскакиваешь. Смесь шока и недоумения берет верх над всем этим непонятным приключением....
Браво, выдержка отменная у герцога Эккарта!
Бизнес-партнер, однако, качает головой.
— Я знаю, что многие среди промышленников вас бы поддержали, но сейчас…в Кармии начинается гражданская война, время не совсем подходящее.
— Наоборот. Время как нельзя подходящее, — вставляю я слово. — Они наши ближайшие соседи, на восточной границе уже неспокойно. Император тоже это понимает.
Эти слова заставляют их задуматься.
Вспоминаю чаепитие императрицы. Ну не просто так ведь планируют отправить войска в ту часть страны! Превентивные меры? Как легко перекидывается пламя с одного пораженного дерева на другое, так и сейчас ситуация в империи легко может перенять радикальные настроения восточного соседа.
Раскол в обществе давно уже произошел. Часть дворянства стала заниматься предпринимательством, получая свой основной доход не с феодальной земли, а за счет собственного риска и таланта. Старое же дворянство, которое и было той силой, что хотела сместить императора, продолжало традиционно жить на арендную плату со своих крестьян, эксплуатируя их и постоянно увеличивая показатели сборов.
Даже если императрица благополучно родит, разве их ребенок окажется вне опасности? Его величество и сам понимает, что никакого выхода не видно. В нынешних условиях. Главное, найти правильные слова и тогда, я уверена, Доминик поддержит эту идею.
Двигают мной отнюдь не благие для всего народа намерения. Прежде всего мысли занимают размышления о том, как уберечь свою собственную судьбу. Но последнее чего бы я хотела — это чтобы пострадали невинные люди. А такие бунты обречены на разгон гвардией и вряд ли из этого выйдет что-то хорошее.
Рейнард кивает:
— Когда Доминик только продвигал свои идеи, то поддержки не получил, а мысли-то были здравыми, просто пять лет назад общество еще не было готово к таким переменам, он опережал время и слишком провоцировал консерваторов.
