В уютной спальне запах лаванды приятно свежит воздух, когда ты прерывисто дышишь после непривычного сна. Вдруг раздается тревожный звонок — кто бы это мог быть? Твои мысли отвлекаются на важную новость, и ты невольно резко вскакиваешь. Смесь шока и недоумения берет верх над всем этим непонятным приключением....
Он не спрашивает меня, где обычно околачивается его второй брат по вечерам, когда не на службе в ордене, и не уточняет, где сейчас живет Джаред, хотя это все было в найденных в сейфе бумагах и по идее он сам должен быть не в курсе.
Что ж, кажется, я все же недооценила Эда. Ведь уходя в банк, я оставила записи на столе в библиотеке под его «присмотром».
Тихо смеюсь, бросая взгляд на часы на каминной полке в гостиной, той самой, на первом этаже. Семь вечера. В кои-то веки я провожу спокойный вечер за чтением заинтересовавшей меня книги.
Через три часа в дом не заходят, а буквально вползают, еле волоча ноги, два молодца. Алкоголем разит за версту.
Эдвард довольно улыбается. Выглядит он получше своего старшего брата. Ну да, забыла, что младший может всю ночь спиртоваться и только потом уже полезет красть из зоосада хищного кота. Молодой организм.
Что ж, в этот раз не Алфи, Эдвард выкрал кое-кого размером поменьше льва.
Юный маг сваливает тушу брата на соседний диван.
— Ох, тяжелый он, еле допер, — и сияет глазками в мою сторону.
— Молодец! Хорошая работа! — смеюсь я над ожидающим похвалы в свой адрес Эдвардом.
— Я еще…могу… — бормочет Джаред, смотря куда-то мимо меня, и глаза его окончательно закрываются.
Я рассматриваю второго господина рода Эккарт.
Волосы светлые, но не настолько золотистые, как у Эдварда, более приглушенного оттенка. Щеки и подбородок покрывает густая щетина.
Фамильный цвет, типично Эккартовский. Только Эду от матери перепала зелень очей. А вот волосы у этих братьев от отца. Брюнеты Фелисия и Рейнард этим качеством в матушку пошли.
— Не смотри так, он наотрез отказался возвращаться. Пришлось немного поколдовать над его напитком, — пожимает невинно плечами Эд на мой пристальный взгляд.
Мальчишка! Оказывается, младшенький не такой уж и невинный и порядочный, каким начал мне казаться. Эх, Юнис, забыла, что ли, что в первую встречу вытаскивала его из тюрьмы?
— Он наверняка не будет рад, когда проснется, — размышляю вслух я. — Ты ему что-нибудь говорил?
Как вообще прошла встреча братьев? Кажется, это так и останется загадкой. Младший говорить об этом не спешит.
Эд мотает головой и неловко чешет затылок.
