- Теперь ты свободна. Наша сделка закончилась. – Он говорит тихо, а у меня в ушах словно барабаны гремят.- Спасибо, что помог мне, - слова благодарности приходится вырывать из груди. Вместо них хочется кричать о любви и умолять забыть о сделке.- Будь счастлива теперь. – Он смотрит, не сводя глаз. Внимательно, будто опасается услышать ненужные нам сейчас фразы. Самый красивый, самый любимый на свете. Мой единственный. И уже чужой.- Обязательно. Буду....
— Красавица! Спящая! Подъем, мы скоро приземлимся.
Мужской голос ворвался в сон так внезапно, что я дернулась. Затылок ударился о мягкое изголовье, и шею опалило болью.
— Не так резко! Спокойно, дорогая. Береги свою красивую голову.
Филипп поправил на мне ремень безопасности. Поцокал языком. И словно действительно хотел успокоить, погладил по щеке. Вроде бы так, как раньше, но все же не так.
— Ты! — первое слово далось мне с огромным трудом. Язык и губы все еще были как после заморозки, но злость заставляла ломать себя.
— Узнала. Значит, сознание ясное. — Филипп оскалил зубы в улыбке. — Это замечательно.
— Ты... Укра-ал ме-ня.
Я снова дернулась. Хотелось дотянуться до этого гада. Ударить. Но он вовремя отшатнулся в сторону.
— В некоторых странах есть славная традиция — красть невесту перед свадьбой. Очень романтично! Будем считать, у нас именно такая кража.
— Ты не имел пра-ва!
— Милая, мы обручены. Или одна ночь в постели с бывшим мужем заставила тебя все забыть?
Внезапно Филипп стал серьезным.
Я видела перед собой знакомое лицо. Те же глаза, что были у моего жениха. Те же губы и нос. Но сейчас это был незнакомец.
Во взгляде Филиппа не осталось и тени доброты. В чертах лица появилось что-то неуловимо хищное. В движениях — резкость.
Даже просто смотреть на него настоящего, без маски спасителя, было неприятно.
— Как ты узнал? — Я вжалась в спинку сиденья, словно хотела защититься.
— Это было слишком предсказуемо. — Филипп равнодушно отмахнулся. — На самом деле я удивлен, что вы не сблизились раньше.
— Ты...
С даром речи у меня и до этого момента были проблемы, а сейчас он вообще пропал.
Благодаря Никите, я теперь знала, кем на самом деле являлся мой жених. Мошенником. Но какой смысл таился в сводничестве? Какую еще цель, кроме платежа за оборудование, преследовал этот человек?
— Да, милая? — Фурнье демонстративно повернулся ко мне ухом.
— Зачем тебе это было нужно? — выдавила я из себя.
— Вариант с сочувствием подойдет? — Он даже не пытался изобразить искренность. Откровенно смеялся надо мной.
— Зачем?!
— Ты была такой одинокой, несчастной. Никого не подпускала к себе. Берегла, будто ждала одного-единственного. Святая невинность!
— Пожалуйста, объясни...
От волнения все обидные слова пролетели мимо ушей.
— Эх, а я так надеялся, что мой вариант тебе понравится.
