Автор
В зеркалах льда и рокочущих рек прорезались темные очертания древнего дракона. Хаджар бросился вперед, пытаясь увернуться от бесчисленных клинков, когда нежданно налетел первый удар меча. Его тело таинственным образом взмыло над полем сражений, словно прозрачная каскадер, и он уворачивался, как в бешеных пируэтах, прежде чем резко остановиться на острие ледяного меча....
Сколько сотен тысяч раз они сталкивались в смертельных поединках, стремясь отправить противника к праотцам.
Два лучших друга.
Два смертельных врага.
В какой-то момент грань между этими понятиями полностью стерлась для этих двоих. И они перестали обращать на это внимания.
Как и положено… двум генералам, ведущим свою бесконечную битву.
— Зачем ты пришел на этот раз? — спросил, наконец, Эш.
— Может меня охватил приступ ностальгии? — усмешка Хельмера стала, неожиданно, печальной. — скоро мой единственный друг отправится дальше и, кто знает, встретимся ли мы вновь.
— Это так, — кивнул Эш. — мой срок подходит к концу. Но он будет лишь немногим короче твоего, старый враг. И мы успели попрощаться в прошлый раз.
— Когда ты испортил мой кошмар?
— Когда ты ошибся в своей игре. Что, кстати, в последнее время, происходит все чаще. Я начинаю волноваться, Хельмер, сможешь ли ты закончить эту партию так, как планировал.
— Не беспокойся, старый друг. Финал будет фееричен. Обидно только, что ты его уже не увидишь.
"Эш протянул руку и поднял чайник. Наверное, если бы кто-то увидел величайшего волшебника, самостоятельно наливающего себе простой чай смертных из столь же простого чайника, то не поверил бы собственным глазам.
Но так оно и было.
— Не заговаривай мне зубы, Хельмер, — произнес волшебник, отпивая из пиалы. — я единственный во всем Безымянном Мире, кто знает тебя, и кто знает, что ты задумал.
— Прошу прощения, — слегка склонил голову демон. — мы видимся все реже, так что не удивительно, что я… впрочем, не важно.
Они вновь помолчали.
— В последний раз я видел тебя таким, когда часть осколка Горшечника была уничтожена твоим протеже.
Хельмер промолчал.
— Значит, он добрался до могилы Элифа, — констатировал Пепел. — мне искренне жаль, дорогой друг, что тогда именно тебе пришлось нести этот крест.
— Дела давно минувших дней, — отмахнулся Хельмер.
— И что же может беспокоить… — Эш отодвинул пиалу и впервые на его прекрасном лике появилась тень удручающих эмоций. — там ведь когда-то был океан, так… еще до моего рождения. И, если память мне не изменяет, а она, увы, уже давно этого не делает, то там находится…
— Всадник, — кивнул Хельмер. — Абендин. Первый Воин.
— Мертвый бог?
И, что удивительно, Эш, внезапно, рассмеялся.
