Автор
В Главе 876 открывались глаза — но это было трудное увлечение. Кожа тела ощущала мелкую дрожь и холода, заставляя Хаджара нервно сжать ладони в замок. Перепутанные мысли и последние крохи обморочного сна не помогали разобраться в реальности — где-то между болью груди и темнотой....
А время, которое можно было позволить в задержках между ударами, что Хаджар никаким образом не успевал нанести удар по обеим целям.
— Проклятье… Проклятье! — закричал он. — Думаешь я сдамся?!
Хаджар уже было рванул в последнюю атаку, как рядом с ним возникла фигура в черном плаще и с синим мечом в руках. И время застыло.
Хаджар услышал последнюю ноту песни, которую играл старец.
Это был его прощальный подарок…
— Ты пришел? — Хаджар смотрел на стоящего рядом того, другого Хаджара.
— Мы сразимся вместе, плечом к плечу, в последний раз, — ответил он.
Каждый своим путем… эхом прозвучало в голове Хаджара.
“Ты будешь убит тем, кто не был рожден”.
Что же… может и правда, подобно римскому глупцу, ему суждено упасть на милость собственному клинку.
— Ты знаешь, что делать? — Хаджар встал плечом к плечу с другим Хаджаром.
— Я хотел спросить у тебя тоже самое, слабак.
— От социопата слышу.
— Нюня.
— Маньяк.
Они оба широко и безумно улыбнулись.
Хаджар чувствовал, как заканчивается дар старца с лютней и время вновь спешит начать свой неумолимый бег.
— Добавим последний штрих, — Хаджар прикрыл глаза. Когда в последний раз это было? Кажется, когда он проходил самое первое из испытаний в своей жизни — испытание, которое выставил ему Учитель Травес.
И, почему-то, как и в прошлый раз, в данный момент Хаджару захотелось услышать родную речь старого мира.
[Обрабатываю запрос… запрос обработан. Инициирую аудио-имитацию объекта “Харизма-Брат Мой”]
— Так то лучше!
Два мечника, один держа клинок в правой руке, а другой — в левой, рванули вперед.
* * *Эйнен, заглатывая сразу пригорошню пилюль, вновь восстановил доспехи Зова и, сливая их с защитной техникой, породил Радужную Обезьяну.
Та, уничтожая стоявших рядом мертвецов одним лишь ревом, стучала клыком-копьем о щит из черепашьего панциря.
— Дора! — островитянин выставил перед собой щит.
Эльфийка, так же закидывая в рот пилюли, с разбега оттолкнулась от щита и, выстрелив в небо пушечным ядром, обрушила уже третий титанический молот на голову Дереку.
Тот, как и в прошлые два раза, попросту отмахнулся от Божественной техники клана Зеленого Молота, как будто та была для него незначимее комариного укуса.
Океан острейших щепок уничтожил очередные десятки тысяч мертвых, но еще больше шли следом.
— Карейн! Том! — успела выкрикнуть Дора перед тем, как отлететь обратно на руки Эйнену.
