Автор
Глава 1071 в "Сердце Дракона" оживляет мир погружением Хаджара в медитацию. Его тело растворяется в ветрах, сердцах и стенах замка — привычно и ново одновременно. В этот момент он понимает, что каждый звук и движение вокруг него составляют часть его самого.
И когда двуручный меч, вновь выстреливая покровом алого сияния, по широкой дуге полетел ему в правый бок, то Хаджар определил направление удара скорее по трескающейся и дрожащей от давления почве, нежели непосредственно доверяя собственным глазами.
Защищаться от подобного удара было бы еще большей глупостью, чем надеяться, что бой с легендой Ласкана окажется легким променадом среди генеральского, армейского сословия.
Благо, Хаджар не был глуп.
Во всяком случае — не когда дело касалось схватки, где ставками выступали жизнь и смерть.
Его одежды вспыхнули искрами бело-синих молний и Хаджар, немногим уступая по скорости своему противнику, разорвал дистанцию. Удар двуручного меча пролетел в десятке сантиметров от его груди, но даже этого хватило, чтобы сквозь защиту из мистерий и энергии глубокий порез остался на его коже, а Божественные доспехи обнажили кровавую прореху в зачарованной ткани.
И это лишь малая толика от самого удара, в то время как большая часть — огромное алое полотно, рассекая пространство, полетело куда-то к горам Да’Кхасси.
И, видят Вечерние Звезды, благо, что Алый Мечник находился “лишь” на стадии Безымянного. Потому, как если бы удар, минуя все те гигантские расстояния, все же достиг бы гор…
А так — он иссяк “всего лишь” на расстоянии в сотню километров.
Тяжело дыша, Хаджар вновь принял защитную стойку.
Битва на таком уровне уже не была фехтованием. Нет, она превратилась в обмен энергией, скоростью, волей и техниками. Нечто совсем иного толка.
И это открывало глаза на путь развития быстрее, чем что-либо иное.
Еще не так давно — тридцать лет назад. Будучи рекрутером армии под руководством генерала Лунной Лин, Хаджар фехтовал с юношей, которого назвал “Крабом”.
А потом впервые бился с адъютантом, повинном в смерти Сенты и Эйне — Колином Лаврийским. И тогда они фехтовали. Бились на мечах с красотой и изяществом, а призрачный удар, похожи на дуновение ветра, который мог лишь надрезать кожу на расстоянии в пять шагов уже считался чем-то невероятным.
Что же теперь…
Миновало чуть больше трех десятилетий, не считая времени на Горе Стихий.
Всего за три движения, Хаджар потратил ровно треть от запаса источника. И, наверное, он мог бы использовать пилюли, но… что-то ему подсказывало, что это лишь испортит их поединок.
