Автор
Глава 1071 в "Сердце Дракона" оживляет мир погружением Хаджара в медитацию. Его тело растворяется в ветрах, сердцах и стенах замка — привычно и ново одновременно. В этот момент он понимает, что каждый звук и движение вокруг него составляют часть его самого.
— по молодости так совсем хорош был… Ладно, пойдемте, у меня как раз горшки в печи уже поспеть должны были."
"Том вместе с Крылом Ворона помогли подняться Чин’Аме. Причем это не было частью спектакля. Дракон действительно без помощи двух адептов не смог бы подняться. После этого Рекка, держа под руку Анетт, отправилась следом за четверкой мужчин.
Так, всемером, они пересекли широкую улицу.
Все это время Гвелка что-то говорила, но Хаджар особо не слушал. Он пристально, но скрыто, наблюдал за переходящими от дома к дому легионерами.
— Вот и пришли, — старуха, хотя, язык так не поворачивался назвать эту осадную башню в тулупе и валенках. — Дом мне еще от батюшки остался. Он старосте помогал с лесовыми делами. Вот и дом сладили. Он большой, да мне не в требу уже. Вот внук скоро родится, а за ним может и другие народятся. Тогда снова будет дом хорош.
Гвелка открыла незапертое крыльцо и впустила гостей внутрь двора. А дом действительно был хорош. Двухэтажный, со стеклянными окнами и резными ставнями.
Очень богатый, по меркам поселка, дом. Опять же — почти рядом с центральной площадью.
Как и положено, первым внутрь вошла сама хозяйка. Светлая, чистая горница. И сразу ощущение тепла и уюта.
Комод, шкаф слегка покосившийся. Кот, мяукающий со стороны кухни. Тепло от горящего очага.
Хаджару всегда нравились такие места.
Может и он тоже, когда-нибудь, когда Яшмовый Император лишиться своей бороды, срубит себе такой же…
— Разувайтесь, да входите…
Отряд, как по команде, переоделся и оставил заснеженные сапоги и верхнюю одежду в горнице.
— Кто такие?
Парень, высокий и статный, схватился за кочергу и направил на Хаджара. За его спиной стояла невысокая, миловидная девушка явно на последних сроках беременности.
— Боги с тобой, Шулен, — замахала рукой бабушка. — на гостей руку поднимать — последнее дело.
— Гостей? — удивился парнишка.
— Старый Мурик не хотел их к себе принимать. Чужие, говорит.
Шулен посмотрел на лицо Крыло Ворона и нахмурился. Видимо он был совсем иного мнения.
— Ладно, чего стоять, — тут же засуетилась бабушка. — садитесь за стол. Сейчас горшки выну. Телика, ты тоже пойди сядь. Не напрягайся, деточка, а то сынок перекошенным уродится.
— Матушка! — хором воскликнула молодая пара.
