Автор
В бурю Дракона над Хаджаром ревели молнии, сотнями сверкая как белое шоу на небесах. Стража невольно чувствовала себя в безопасности под крылом матери, глядя на чудо природы с фантастическими потоками воздуха и мгновенно исчезавшими молниями. Они стояли позади врат Луны — огромного сооружения, защищающего город от страшной угрозы....
Пока Хаджар и Степной Клык шли в глубь лагеря, старый друг успел познакомить Хаджара с просто невероятным количеством орочьих племен. Высокие и низкорослые (настолько, что Хаджар был с ними одного роста), с цветом кожи буквально всех цветов радуги.
Включая и орков Ущелья Смерти — чернокожих, с красными глазами и палашами. Самые мускулистые, самые свирепые, с шестью парами клыков и волосами, с вплетенными в них черепами.
Человеческими черепами.
Увидев Хаджара они едва слюной не захлебнулись. Увидев же перья, не приветствовали священным знаком, а, прижав пальцы к правой ноздре, высморкались себе под ноги — знак абсолютного презрения.
Хаджар никак на это не отреагировал. Только сделал соответсвующую запись в памяти нейросети о том, что определенное горное ущелье лучше обходить стороной.
Зная, что эльфы Зеленого Молота лишь одно из множества племен или “видов” эльфов, Хаджар не сомневался, что природное многообразие касалось и орков, но чтобы в таком количестве…
— Ты собрал огромное войско, Степной Клык, — Хаджар осенил себя знаменем орков — выражение уважения и признания.
— Я лишь помог, — слегка отстранился орк. — Первый Вождь — вот кто созвал воинство. Впервые, со времен войны со слугой лже-богов, орки собрали Общую Охоту. Пропел горн из клыка Первого Орка и каждое племя выставило тысячу своих лучших охотников. Сто тысяч племен, Северный Ветер, собрались у берега Большой Воды и отправились через Дикие Скалы, чтобы успокоить души охотников моего племени.
В голосе Степного Клыка звучала неподдельная печаль и горечь.
Хаджар лишь в общих чертах понял то, что ему только что рассказал орк. Все эти слова касались поверий и верований орков и, не особо разбираясь в их культуре, невозможно было понять всей глубины сказанного.
"Но Хаджару было достаточно того, что эти слова причиняли боль Степному Клыку. А значит, причиняли и ему самому — Хаджару.
— Брат мой, я хотел…
— У костра, Северный Ветер, — перебил Степной Клык. — Такие слова должны звучать над костром, чтобы вся их горечь сгорела в пламени и вышла с дымом. Предки примут дым и рассудят нас. Мы же — живые братья, должны держаться вместе. Все наши распри уйдут к предкам…
Орк отодвинул полог конусовидного шатра.
