Автор
Герой, чья воля казалась несокрушимой, теряет уверенность. Впереди ждёт путь к Рубиновым Горам, но истинное испытание разворачивается в душе. Пятнадцатый том раскрывает внутреннюю борьбу персонажа, его сомнения и поиск смысла в мире, где даже боги могут быть повергнуты.
Раздел Chitat.online для книги «Сердце Дракона. Пятнадцатый Том. Часть 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой, чья воля казалась несокрушимой, теряет уверенность. Впереди ждёт путь к Рубиновым Горам, но истинное испытание разворачивается в душе. Пятнадцатый том раскрывает внутреннюю борьбу персонажа, его сомнения и поиск смысла в мире, где даже боги могут быть повергнуты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Клеванский Легкое чтение Приключения Книги о приключениях подборки серии
Герой, чья воля казалась несокрушимой, теряет уверенность. Впереди ждёт путь к Рубиновым Горам, но истинное испытание разворачивается в душе. Пятнадцатый том раскрывает внутреннюю борьбу персонажа, его сомнения и поиск смысла в мире, где даже боги могут быть повергнуты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Дракона. Пятнадцатый Том. Часть 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тиран и узурпатор, который перебил целое племя собственных родственников, отправил своего двоюродного брата (Хаджар даже не стал заострять внимание на том, что трагедия, с самого момента его появления в Безымянно Мире, почти никак не изменилась) в темницу.
Даже если взять Примуса, то тот бы не остановился ни на мгновение и прикончил бы в такой ситуации кого-угодно, лишь бы заполучить больше силы и власти.
В благих, разумеется, целях.
Но Император остановился.
Что-то здесь…
Впрочем, плевать.
Хаджар дал клятву Травесу и заключил сделку с Чин’Аме. И, что в первом, что во втором случаях от него требовалось закончить жизненный путь Императора Драконов.
— Почему у него нет имени? — вдруг спросил Хаджар.
— Что?
— Почему у Императоров Драконов нет имени?
Чин’Аме ответил не сразу.
— Когда они принимают метку Великого Предка, — спустя некоторое время произнес волшебник. — то отказываются от своего имени, тем самым отказываясь и от своей судьбы. Они принимают титул Императора и обязанность добиться процветания для региона Белого Дракона.
Не для Страны Драконов, а для региона…
— Разве регион появился не после падения Черного Генерала? — уточнил, задумчиво, Хаджар. — а первый Император не имел имени уже тогда…
— Уже тогда? Хаджар, ты говоришь так, будто принимал участие в Битве Небес и Земли.
На этот раз Хаджар не сдержался и поперхнулся.
— Боюсь, это невозможно, достопочтенный Чин’Аме."
"— И действительно, — волшебник снова провел ладонью по бороде. — невозможно… что же, мы можем и дальше обсуждать мистерии этого загадочного места, а так же предаваться историческим диспутам, но наше время ограниченно, Хаджар.
Хаджар перевел взгляд с сундучка, полного сокровищ, на меч. Его путь не заканчивался в Рубиновом Дворце. Он лежал куда дальше даже Чужих Земель. И на этом пути ему потребуется сила.
А именно её — силу, и предлагал Чин’Аме.
— Вижу, ты принял решение, — волшебник с трудом, медленно, поднялся на ноги и направился к плоту. — Я вернусь через три дня.
* * *Чин’Аме, заложив руки за спину, стоял на границе долины, окруженной холмами. Он смотрел на небольшой возделанный участок, очищенный от бурьяна и дикой поросли.
На ровном поле пока еще не появилось даже первого ростка, но внутри, в земле, уже ощущалось зарождение энергии драгоценного дерева, плодами которого питались драконы.
Будучи зверями, они не могли, так же как людские адепты, существовать исключительно за счет энергии Реки Мира. И плоды волшебного персикового дерева справлялись с тем, чтобы прокормить истинную форму взрослого дракона, которому и три сотни голов овец в день показалось бы недостаточно, чтобы утолить голод.
