Хаджар Дархан, Безумный Генерал, прошел путь от принца до легенды, оставляя след крови и славы. Его жизнь — цепь противоречий: честь и предательство, доблесть и жестокость. Теперь, когда его эпоха близится к концу, предстоит узнать истинную цену его деяний и откроется, кем он был на самом деле.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Хаджар Дархан, Безумный Генерал, прошел путь от принца до легенды, оставляя след крови и славы. Его жизнь — цепь противоречий: честь и предательство, доблесть и жестокость. Теперь, когда его эпоха близится к концу, предстоит узнать истинную цену его деяний и откроется, кем он был на самом деле.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Сергеевич Клеванский Самиздат подборки серии
Хаджар Дархан, Безумный Генерал, прошел путь от принца до легенды, оставляя след крови и славы. Его жизнь — цепь противоречий: честь и предательство, доблесть и жестокость. Теперь, когда его эпоха близится к концу, предстоит узнать истинную цену его деяний и откроется, кем он был на самом деле.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Итак, раз все желающие явились, то начнем отбор, — прокашлялся юноша-старик и кивнул магу, тот провел пальцами по посоху и в центре плаца возникли две высоких каменных стелы из голубого и красного камней. — Сокровищница опасное место, где не место слабым. Она наполнена самыми каверзными ловушками, но, увы, мы не сможем проверить прыть вашего разума и глубину мудрости, зато сможем узнать силу вашего оружия и крепость тела. Желающий принять участие должен подняться на плац и нанести один удар в полную силу по голубой стеле, после чего принять один удар от алой.
Да, действительно — отличий от остальных регионов почти не было…
— Кто первый желающий? — спросил старик-юноша.
— Позвольте, — с широкой улыбкой вперед вышел самый молодой из присутствующих. Юноша лет двадцати с совершенно нечеловеческими глазами, у которых и радужки-то не было, а вместо зрачка — косое перекрестие. — Эльвар из дома Сияния Тха. Урожденный бессмертный, третий ранг.
Так вот как они выглядели…
— Конечно, конечно, — поприветствовали его с трибуны.
Эльвар поднялся на плац, поклонился аудитории, затем подиуму и только после этого сорвал чехол со своей глефы.
Ну что же — Хаджару действительно было любопытно увидеть на что способны рожденные среди бессмертных.
Глава 1850
Эльвар принял низкую боевую стойку и выставил перед собой оружие. Древко из белоснежного дерева, украшенное резбой в форме волнистых линий, пересекающихся в сложнейшем узоре. А навершие в виде широкого лезвия, сперва ложно выдавшего себя за кость того же цвета, что и древко, но вскоре стало понятно, что это, все же, металл. И у самого основания клинка звенели кольца из драгоценных, контрастных, камней, напоминающих нефрит и оникс.
Эльвар прикрыл глаза и выдохнул, высвобождая свое Правило. Хаджара помнил слова Телиса о том, что Правила делятся по силе, но он ведь уже не странник смертного региона — его не заботили силы тех, через кого не пролегал путь к цели.
Вокруг урожденного бессмертного вспыхнули вспышки сияния, напоминающего то, как ворчливая горная река после паводков ловит в свои пенистые космы заблудившиеся всполохи пока еще робкого света и нехотя выпускает их, спустя время, из своего холодного плена."
"Именно такое сияние — блеклое, но в чем-то суровое, стало продолжением глефы Эльвара, а затем он, раскрутив оружие, в хитроумном выпаде обрушился на голубую стелу, оставив на ней едва видимый глазу порез.
Одновременно с этим у подножия голубого камня появились рунические письмена. Они кругом вились вокруг стелы, увеличиваясь в количестве. Сперва один круг, затем второй, третий и так до шестого.
— Замечательно, замечательно, — повторял, аплодируя, старик-юноша. — Шесть кругов.
