Судьба легендарного генерала Хаджара Дархана - человека, который был и героем, и предателем, и монстром. Его путь через край смертных Безымянного Мира оставил кровавый след и несметные жертвы. Предпоследний том раскрывает истинную цену славы и власти.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 2» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Судьба легендарного генерала Хаджара Дархана - человека, который был и героем, и предателем, и монстром. Его путь через край смертных Безымянного Мира оставил кровавый след и несметные жертвы. Предпоследний том раскрывает истинную цену славы и власти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Сергеевич Клеванский Самиздат подборки серии
Судьба легендарного генерала Хаджара Дархана - человека, который был и героем, и предателем, и монстром. Его путь через край смертных Безымянного Мира оставил кровавый след и несметные жертвы. Предпоследний том раскрывает истинную цену славы и власти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Спорят любители вина и те, кто еще не слишком высоко поднял взгляд и не видит ничего, кроме мысков своих же собственных ног, — ответил мудрец. — В споре ты не слышишь ничего и никого, кроме своего эго. Так что мы предпочитаем спорам — обсуждения и совместные размышления, где каждый всегда волен признать свою неправоту.
— Насколько я понимаю, то чтобы признать свою неправоту, надо изначально сомневаться в своих суждениях.
— Такова суть ученых, — пожал плечами Фен Ли. — вопросы, которые мы задаем, рождаются из сомнений. И эти сомнения нас никогда не покидают.
Хаджар посмотрел на свой Синий Клинок.
— Мир боевых искусств учит, что нельзя сомневаться в себе и своем пути, — произнес он чуть позже. — и что каждый, кто в нем усомнится рано или поздно оступиться и проиграет.
— Проиграет, выиграет, оступится, вознесется, уверен, сомневается, — перечислил голем. — все это несущественно, генерал. Если ты никогда и ни в чем не сомневаешься, значит и вопросом не задаешь. А если ты не задаешь своих вопросов, то ты полон чужих ответов и кто тогда голем — ты, заполненный чужими чаяния, или я, кто всю жизнь задавал вопросы?
Хаджар скрипнул зубами.
Ну вот, а он уже надеялся, что разговор свернет с философских дебрей и пустой семантики на хоть сколько-нибудь твердую почву осязаемого резона.
Но это было возможно с кем угодно, вот только не с Древними.
— Мудрец Фен Ли, — вперед из группы, постепенно рассаживавшейся на скамьях, стоявших по периметру внутреннего двора, вышли двое.
Мужчина средних лет с палашом у пояса и юноша с длинным копьем.
Они оба обозначили поклоны кивками головы.
— Кахрен, астроном, — представился тот, что с палашом.
— Тафрик, плотник, — вторил обладатель копья.
И больше не было ни лишних слов, ни каких-то церемоний, ничего лишнего. Толпа «ученых» замерла, а Кахрен и Тафрик разошлись в разные стороны и в следующие несколько мгновений произошло то, что вдребезги разбило все то, к чему шел, чего постигал, ради чего проливал кровь и пот Хаджар, заставив того… заставив того… начать сомневаться.
В чем?
Перечень оказался бы длинной в шесть веков прожитой им жизни.
Когда началась битва, внутренний двор превратилось в нечто неосязаемое. Звездные взмахи Кахрена раскрасили бы самое яркое ночное небо, и созданные его палашом звезды вдруг осветили и без того залитую светом «арену». Он двигался с такой плавностью, что казалось, будто и вовсе не связан земным притяжением, а каждый его шаг обозначался танцем небесных тел. Но на каждое созвездие, нарисованное Кахреном, Тафрик отвечал изяществом лесного массива, восставшего вопреки земной тверди.
