На плацу наступила мгла. Тяжелые взгляды бессильных людей, склоненные над оружием, пронизывающие замешательными и нерешительными движениями рук. Хаджар сидел в кресле, растворяясь в тишине, словно несущий тень этого момента. Такое ощущение усталости, что бы ни было возможно — он хотел просто вздремнуть, пропустив этот шквальный час....
Похоже, «Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— как она может забрать что-то с процентами? Да и вообще — что может отдать тот же бессмертный за возможность использовать энергию Реки кроме своей жизни?
В ответ на это мудрец только едва заметно улыбнулся. Так, как улыбались древние, когда разговор касался тех тем, которые они не могли объяснить «молодому поколению».
Генерал и Фен Ли снова замолчали. Хаджар пил чай, не понимая, в чем заключалась суть сравнения, а мудрец… мудрец просто сидел напротив и молчал.
— Почему вы остановили поединок? — спроси, наконец, Хаджар.
— Именно поэтому.
Видят Вечерние Звезды, больших усилий воли стоило генералу, чтобы не вспылить.
— Потому, что ты называешь это поединком, — пояснил, спустя несколько мгновений, Фен Ли. — Но у тебя и Арона не было причин, чтобы сражаться. Как, собственно, и у всех нас нет ни единой причины, чтобы проливать кровь.
Перед внутренним взором Хаджара пролетели сцены прошлого, начиная с того момента, как Примус снес голову его отцу и вырвал сердце из груди матери.
— Я бы мог…
— Это все лишь последствия, — перебил мудрец. — вы, генерал, как и большинство, родились без свободы выбора, брошенные на алтарь чужих решений и последствий этих чужих решений.
Хаджар никак не отреагировал на сказанное. Не так уж много ему в жизни претило (если не считать интриг, магов и торгашей), но вот чего он точно терпеть не мог, так это философских бесед, разведенных на ровном месте.
Да, он не выбирал родиться принцем в семье, раздираемой политическими конфликтами.
Так же, как он не выбирал быть инвалидом, способным пошевелить лишь одной рукой, запертым внутри собственного тела.
Никто не выбирал.
Нигде.
Но все, при этом, пытались как-то справиться с выпавшей им долей. Кто-то лучше, кто-то хуже. Кто-то со страхом, кто-то с доблестью.
Люди выживали. Что здесь, что в остальном Безымянном Мире, что на Земле, да и существуй любой другой мир, и там тоже люди бы ничем не отличались бы.
— Невозможно убрать причину этих последствий, — покачал головой Хаджар.
— Это так, — кивнул Фен Ли, после чего отпил немного чая из пиалы и добавил. — но можно отказаться от самих последствий.
Хаджар едва удержал уже готовый сорваться с уст смешок. То, о чем вещал этот голем-человек на Земле называлось утопией. Невозможным обществом, в котором нет ни неравенства, ни страданий, ни войн, ни преступлений.
