Автор
Глава 582 — Хаджар огляделся на новом месте, словно очнувшись из долгой задремывания. Там, где прежде были лишь серые холмы и мутная пустыня, теперь расстилалась чудесная растительность: зеленая трава, живописные колоски, все выкрашены в насыщенные цвета. Ветер с севера дул прохладой, как будто принося подарок от богов....
Она проплыла по воздуху и упала прямо в жерло трубки.
Старик затянулся.
Все это выглядело как обычная случайность, но Хаджар чувствовал, что произошедшее вовсе не было каким-то простым совпадением.
Шаман выдохнул столбик дыма. Тот закрутился ожившей лентой и обвил Хаджара. Он проникал ему под одежду, касался кожи, кутался в волосы, ласкал лицо, а затем, вопреки всем законам логики, попросту вернулся обратно в трубку.
— Разве ты уже не начал свой путь к свободе? — спросил старик, который вновь просто курил, а вдыхаемый им дым не оживал.
— Три нити, — слегка устало вздохнул Хаджар. — впереди еще девятьсот девяносто шесть.
— Путь к свободе не бывает быстрым.
— Я думал, что смогу найти у вас какое-нибудь средство, зелье или знание, которое поможет мне…
Старик, перебивая, слегка засмеялся. Он посмотрел в костер и дым, шедший от исчезающих в огне поленьев, внезапно сформировался в кандалы и рабский ошейник.
— Когда нас кто-то пленяет оковами, то и легко разбить, — и, одновременно со словами старика, железные оковы, сделанные из дыма, оказались расколоты топором. Спустя мгновение они исчезли. — Но когда мы лишаем себя свободы сами, — дым появился сперва в виде золотого слитка, потом женского и мужского силуэта, затем короны, чаши весов и, наконец, он принял облик иероглифа, похожего на жука и сделанного из девятисот девяносто девяти ударов меча. — То и вернуть эту свободу мы должны сами.
Хаджар вновь слегка отодвинулся. Во время всех метаморфоз, что принимал сейчас дым, он ни разу не ощутил ни малейшего сдвига или аномалии в потоках энергии. А даже будь это запредельная техника, она все равно бы заставила колебаться потоки.
Так же, как даже мельчайшая капля влаги заставляет вибрировать всю паутину, что немедленно чувствует сплетший её паук.
— Значит, обходного пути нет? — в голосе Хаджара все еще теплилась надежда.
Отчего-то он ощущал, что ему как можно быстрее необходимо избавиться от этой метки.
Но, чем дальше он по нему двигался, тем отчетливее понимал, что этот путь не для него. Что в нем чего-то не хватало. Чего-то важного."
"Меч — прямой и строгий. Хаджар же — нет. Путь, по которому шел Хаджар, с каждым шагом становился все тоньше, все более хрупким.
