Все счеты оформлены на вашего патрона, который, кстати, тоже вложился в Елену. И крупнее,ч ем кто-либо другой.
Проклятье…
– Подпишите документы и, даю слово, вы никогда больше не увидите меня и не услышите о нас. Если, кончено, будете исправно поставлять минусовки. За текст не беспокойтесь – мы уже создали группу из способных людей. Не таких, разумеется, как вы, но если захотите.
Он поставил свой росчерк, а затем швырнул папки к дверям.
– Убирайтесь!
Хлыщ поднялся, поправил костюм, взял папку и, остановившись в дверях, не поворачиваясь обронил:
– Так я и думал, – после чего ушел.
Держа украденный после обеда нож у сонной артерии, небритый и немытый, он смотрел на огни города. На жкране его ноутбука была фотография с первой страницы известного таблоида.
На ней Елена, в компании известного режиссера, пришла на премьеру “Призрака Оперы”.
Вот только это было не Елена.Не его Елена.Он предал её.Дважды…И не допустит третьего раза.На столе лежала предсмертная записка изобличавшая все грехи, а нож уже коснулся кожи, как в палату вошел неизвестный.Выронив нож, он делал вид, что держит себя за подбородок.– Не спишь?
– Вы кто? Кто вас сюда впустил?
– О, не переживай, я здесь работаю. Мы не виделись – я с седьмого этажа.
– Отдел нейрохирургии?
…"
"Хаджар лежал на холодных камнях.Под ним раскинулись светящиеся зеленым светом джунгли.Сверху сияло незнакомыми звездами небо.Хотя, почему незнакомыми.Просто он не сразу их узнал.А еще шел дождь.Холодный и колючий.Но на этот раз он не смог спрятать слез. Слез от жуткой боли в груди – в том месте, где полностью открылась старая рана.– Ты забыл кто ты! – прогремел голос и из тьмы вышла фигура в черном плаще.
– Нет…
– Ты опозорил себя и своих предков, Северный Ветер!
– Нет, это не так…
Фигура приближалась. Каждый её шаг сотрясал гору, на вершине которой лежал окровавленный Хаджар.
– Ты забыл кто ты! Ты забыл свой путь!
– Нет…
Она мраком нависла над ним. Полы её плаща трепал порывистый, штормовой ветер.
– Кто ты? – прохрипел Хаджар.
Глава 873
– Что здесь происходит?!
В шатер, в сопровождении Аблима и нескольких самых одаренных из числа Говорящих, вошел Иблим. Он держал в руке свою палицу и выглядел максимально воинственно.
– Посвящение, – только и ответил старик.
Обняв резной посох, он сидел рядом с костром и смотрел на двух лежащих рядом людей. Анетт уже постепенно приходила в себя. И, когда сознание девушки вернулось из странствия по Зеленому Дому, то старик набросил на неё цветастое покрывало.
– Дочь, – Иблим бросился было к своему ребенку, но путь ему преградил посох.
– Ты знаешь ритуал, Прокладывающий Путь, – проскрипел голос Хранителя Прошлого. – пока Северный Ветер не вернется с Горы Стихий, нельзя прикасаться к Провожатому.