А затем, где-то у самого края Черных Гор вспыхнула маленькая, желтая точка. Затем еще одна. И еще. И еще и так, пока целый путь из желтых точек не простерся до самого Лидуса.И ветер донес до слуха юноши простое, но такое ликующее:
– Генерал Лиан, – в кабинет к генералу нынешней Лунной Армии Лидуса, ворвался тучный и уже немолодой человек. – Вы видите, генерал Ли…
– Вижу, офицер Саймон, вижу, – кивнула Лиан.
Она стояла у окна и смотрела, как в вечернем небе вспыхивают огни. Заброшенных сигнальных башен, которые не использовали уже на протяжении восьми лет – с эпохи последней войны между Королевствами и последнего набега Кочевников.
Сигнальный огонь вспыхнул над Весенним Городом и все стихло.
Щелканье каблуков Лиан, вытянувшейся по струнке, стало единственным звуком, нарушившим гробовую тишину.
– Мой генерал, – прошептала она, а затем молча вскинула кулак к небу.
Тоже самое, пухлыми ручками, пыхтя от натуги, сделал и Саймон.
Тоже самое, у подножия армейского замка, на вершине которого находился кабинет Лиан, сделали и сотни тысяч воинов Лунной Армии.
– Простите, что заставил вас ждать, – фигура, завернутая в походный, черный плащ, опустилась около двух пустых надгробных плит.
Рядом шумел прибой озера. Качались кроны фруктовых деревьев. Кусты роз, холмы тюльпанов и ворох простых, полевых цветов.
Рука, покрытая алыми татуировками, смахнула листья и траву с холодного камня.
“Урожденный Эрен Дюран, старший лейтенант Лунной Армии, потерянный брат и найденный друг. Пусть праотцы встретят тебя медом и хлебом”.
Фигура достала из мешочка, привязанного к поясу, обручальный браслет. Широкий, коричневого цвета, такой надевали на предплечье мужчинам.
Мужчина положил браслет на надгробие, затем опустился, коснулся лбом камня и замер на некоторое время. Когда же он поднялся, то откупорил бутылку вина, сделал два больших глотка, вытер губы и вылил оставшееся содержимое на землю.
Затем он счистил поросль и со второго надгробия.
“Сера, горячая ведьма южных песков. Верная возлюбленная и прекрасный друг. Пусть праотцы встретят тебя сладким молоком и хлебом”.
Мужчина положил на надгробие тонкий, белый кожаный обручальный браслет, а затем два пустынных цветка.
– Кто ты такой? – лезвие широкой сабли уперлось в спину мужчине. – Как попал в баронский сад?
Светловолосый юноша, в простых одеждах, источал ауру развитой стадии Рыцаря Духа. Позади него обросли щитами десятеро легионеров империи. Наспех вооруженные, со щитами, они уже активировали свои артефактные доспехи и теперь выглядели, для Баронств, одной из самых грозных сил.
– Мы скоро встретимся, друзья, – прошептал мужчина.