Герой, пережший войны и встречи с легендарными врагами, прибывает в столицу Империи Даанатан. Его путь лежит через испытания, которые определят судьбу целых королевств. Что ждет героя в сердце цивилизации и какую цену придется заплатить за истину?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сердце дракона. Том 11» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой, пережший войны и встречи с легендарными врагами, прибывает в столицу Империи Даанатан. Его путь лежит через испытания, которые определят судьбу целых королевств. Что ждет героя в сердце цивилизации и какую цену придется заплатить за истину?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Сергеевич Клеванский Самиздат подборки серии
Герой, пережший войны и встречи с легендарными врагами, прибывает в столицу Империи Даанатан. Его путь лежит через испытания, которые определят судьбу целых королевств. Что ждет героя в сердце цивилизации и какую цену придется заплатить за истину?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце дракона. Том 11» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Неужели кто-то действительно осмелиться нарушить наше уединение?
– Быть такого не может! Дарнасцы не настолько глупы, чтобы отправить к нам кого-либо с таким требованием. Отдать Вечно Падающее Копье ради битвы с соплеменниками! Кто вообще до такого додумался?
– Копье хранилось в нашей секте с самого её основания! Это залог мирной жизни наших земель! Это наша жизнь!
– Братья и сестры! Кто бы не пришел за нашей жизнью, они оставят здесь свою!
– Говорят, что к нам летит сама дочь Императора – Огненноволосая Акена.
– Да хоть сам Император! Никому не позволим топтать наши земли и причинять беспокойства нашим людям и…
– Хватит, – одетый в белые одежды, Наставник Жао смотрел на восток. –Хватит, – повторил он. – мы встретим нашу судьбу, какой бы она ни была и дадим отпор, на который только способны. Тысячи Лет Луны!
– Тысячи Лет Луны! – хором повторили девиз сотни учеников секты.
Сам же Наставник Жао ощущал нечто, к чему он не был готов. Там, на востоке, в чернеющем небе, среди молний, он видел силуэт летящей к ним птицы. Молнии били о её крылья, гром дрожал в её когтях. И, порой, Жао казалось, что к ним летит вовсе не птица, а самый настоящий Дракон.
И чешуя его – сталь, а когти и клыки – смерть, дыхания его – буря, а сердце – сама битва.
Нечто, что рождено, чтобы сражаться и проливать кровь, собиралось разрушить их мир и единство.
Затем, когда сверкнула очередная молния и подумал незнакомый для этих мест вечной весны, северный ветер, на границу опустилась огромная птица Кецаль.
Она сложила крылья, и протяжным “Кья” огласила окрестности.
Затем она сделала шаг и оказалась высоким юношей, чуть старше лет двадцати. На его плечах лежали синие одежды, с вышитыми на них звездами и облаками. В волосы были вплетены перья и звенящие на ветру зарождающейся бури фенечки.
Шрамы пересекали его руки, на одной из которых были начертаны алые, черные и синие символы татуировки Имени, они сходились где-то под одеждами на могучей груди.
Длинные, черные волосы, растрепались на яростном ветру.
Но больше всего пугали синие глаза. Глаза, которые никак не могли принадлежать человеку – столько в них было воли и первобытной ярости.
Юноша… нет. Зверь, принявший облик мечника, поднял над собой удивительный клинок, а затем с силой вонзил его в землю.
– Я Хаджар Дархан, Северный Ветер! – его рев сливался, смешивался с громом бури и сложно было отличить, где начинался один и заканчивался другой. – Я пришел сопроводить принцессу Акену за Вечно Падающим Копьем! И любой, кто встанет на моем пути, будет уничтожен!
Глава 981
Буря ревела над Хаджаром. Он и сам не знал, в какой момент она началась, но стоя в эпицентре крушащего пространство шторма, он чувствовал себя едва ли не спокойнее, чем ребенком в объятьях матери.
