Город Седент кажется скромным на первый взгляд — лишь три миллиона жителей среди бесчисленных баронств. Но это не означает, что он менее значим: его планировка отражает структуру древних культур. Центральные проспекты с их шестигранной звездой и множество улочек — кладезь истории и тайны. Внутри этих стен дышит дыхание прошлого, каждая башня, каждый домсловно запутанный лабиринт нагромождения открыто для тех, кто готов погрузиться в его древние сокровища....
Похоже, «Сердце дракона. Том 13» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В рощу Теанта.
И вновь кровожадная улыбка.
– Торопись, Хаджар, – и Хельмер взмахнул кровавой сферой.
Глава 1200
Здесь все выглядело так же, как и запомнил Хаджар. Будто не прошло тех десятилетий, что минуло с тех пор, как сюда спустился человек, несущий с собой огненный цветок.
Хаджар даже увидел собственные следы, которые вели в глубь темнолесья приграничья Тир-на-Ног, прекрасного города, где никто не стареет, где веселью нет конца, где самые прекрасные из юношей и девушек пью лучшее вино из бокалов, что наполняют сами себя.
И два трона стоят в двух частях города.
В той части, где не бывает света дня и лишь сумерки разгоняют, порой, бесконечную ночь, стоит трон изо льда и костей и прекрасная, величественная Мэб, с черными глазами и волосами из света звезд правит с него Зимним Двором.
В другой же части, где свет солнца скрещивается с пламенем костром, на троне из огня и зеленой листвы, сидит радушная и любящая Титания, с глазами цвета горячего золота и волосами из белоснежных цветов, она заботиться о Летнем Дворе.
"Они олицетворяют собой равновесие природы. Лето и зима, и их дочери — весна и осень. И когда умрут Мэб и Титания, им на смену придут их дочери, приняв их имена, а затем – уже дочери дочерей вновь станут Титанией и Мэб. И вечный цикл никогда не прервется.
Таков был Тир-на-Ног, в котором нет времени.
И потому Хаджар, спустя почти целый век, шел по его приграничью ступая по собственным следам. Наметанным глазом охотника, он увидел в них всю ту же книгу леса, что и всего день назад – в зимнем лесу.
Человек, который здесь прошел, сделал это лишь несколько минут назад, а вовсе не почти девяносто лет. И все это несмотря на то, что время в мире Духов шло так же, как и среди живых.
Просто тот срок, который люди именовали как семьсот семьдесят лет, в мире Духов называли одним днем.
Время…
У Хаджара не было лишних минут, чтобы размышлять о нем и причудах двух миров.
Он спускался все глубже и глубже в чащобу, в которой деревья казались мертвецами.
Солнце, вдруг, почернело и превратилось в бездну отчаянья, которая пожирала стонущее небо.
Паутина могильным саваном свисала над единственной тропинкой, пересекающей лес. Хаджар, вспоминая давние наставления Хафитоса, шел по ней не сворачивая и не меняя маршрута, чтобы он не видел, не слышал и не думал.
