Именно “существа”, так как в том, что это был ни человек, ни демон, бог или фейри, сомневаться не приходилось. — Это древо света, последний генерал.
Она взмахнула рукой и пространство вздрогнуло. Пространство таких масштабов, что никакие слова не смогли бы его описать, а разум постичь.
Перед Хаджаром закружилось ночное небо. Пришли в движения звезды. Заплясали в неудержимом хороводе целые галактики. И так продолжалось до тех пор, пока они не сформировали, на расстоянии в многие и многие миллионы километров нечто, напоминающее куст, заключенный в рамку из созвездий и галактик.
Гевестус, который все так же стоял в коленно преклонный позе, что-то прошептал. Что-то очень вдохновенное, но вряд ли цензурное.
Хаджар же лишний раз убедился, что это попросту не могло быть реальностью. Ибо никакая сила не могла быть настолько могущественна. Она бы попросту развоплотилась и была уничтожена собственной мощью.
Наверное…
— Что теперь, достопочтенная Хранительница? — с поклоном спросил Хаджар.
Существо, кем бы оно ни было, повернулось в полоборота к Хаджару, но лица все так же скрывали густые волосы.
— Ступай вперед, последний генерал, — она указала на тропу света, ведущую к далекому порталу из звезд. — туда, где тебя ждут.
После этого она повернулась обратно, будто давая понять, что разговор закончен.
Хаджар посмотрел на Гевестуса.
— У каждого свой путь среди звезд, Хаджар, — ответил полукровка на незаданный вопрос. — кто знает, куда приведет тебя твой. Но помни одно — там где есть свет, всегда есть и тьма. И чем ярче будет свет, тем страшнее окажется то, что находится по другую от него сторону. Таков закон баланса сил Безымянного Мира. Свет и Тьма всегда рядом. Всегда вместе.
Может Хаджар уже слишком долго бродил по пыльным дорогам Безымянного Мира, но эта фраза, в отличии от многих других, не казалась ему бессмысленной тарабарщиной.
Собравшись с духом, Хаджар сделал первый шаг по тропе из звездного света. Насколько долог должен был быть его путь, если каменную платформу и Хранительницу разделяло пространство большее, чем между некоторыми галактиками и…
* * *Хаджар открыл глаза. По его щекам, кажется, стекало что-то влажное. Он потянулся к ней рукой и, с удивлением, обнаружил на подушечках пальцев соленые слезы.
Он плакал?
Ему сложно было вспомнить, когда в последний раз такое происходило?
Когда погибли его родители?
Может, когда умер Неро?
Через не самое ровное окно (в то время Хаджар еще не очень справно управлялся с топором и рубанком) пробивались лучи яркого, но морозного солнца.
Он потуже закутался в шерстяное одеяло.
Кажется, ему снился сон. Какой-то очень страшный сон. Такой, что…
— М-м-м, — протянул кто-то рядом.
Хаджар повернулся.