Первым взором Хаджара в дали открылось солнце долины — мягкое и медленно светящееся в зыбком, как ткань, полупрозрачном мареве. Его свет словно проникал глубоко в сердце горного мира, поднимаясь над бесчисленными вершинами и заставляя их мерцать легким сиянием.
Похоже, «Сердце дракона. Том 15» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Она все время дергала его тонкими, изящными, но даже с виду — крепкими пальцами.
Хаджу почему-то живо представилось, как эта леди легко сбрасывает вышитый драгоценными волшебными камнями наряд из шелка и легко влезает в кожаную броню, со стальными вставками. В руках её оказывается щит и меч, а сама она без страха смотрит противнику в лицо.

— Ваше высочество! — Алба-удун, сменив на лице все оттенки радуги, вскочил на ноги и опрокинул стул. — что вы здесь дел…
— Прошу простить молодого Удуна, — старик Эден перебил Албадурта.
Девушка властно подняла руку. Хаджару показалось, что в этот момент в комнате смолкли абсолютно все звуки. Даже тот же Шенси инстинктивно перестал качаться на стуле.
Столько было женственности и, в то же время, властности в этом простом жесте. Как-то само собой девушка легко вызывала ассоциации с Мэб, королевой Фейри Зимнего Двора.
— Юный Удун, — кивнула принцесса.
Как уже знал Хаджар, вожди подгорного народа носили приставку Галад. Она, как и Удун, Эден, Эдин, и многие другие, имела какое-то непереводимое значение, доступное пониманию лишь рожденных под каменным небом.
Впрочем, сейчас не об этом.
А скорее о том, как широко раскрылись глаза Алба-Удуна.
— Я приносил присягу, моя принцесса и…
— Эта присяга, как и любая иная присяга, приносится Каменному Престолу, а не тому, кто подписывает бумажки и распоряжается казной.
Гномы и их демократия… когда-то давно они, как и другие народы, являлись самой тривиальной монархией. И так длилось ровно до тех пор, пока подгорный король не заболел старческим слабоумием, но при всем при этом умудрился прожить еще три эпохи.
Разумеется, кому-то надо было заниматься делами и, таким образом, появились вожди и их политические партии. А вовсе не из-за тех радужных иллюзорных причинах, которые озвучивались раньше.
Откуда это все знал Хаджар?
Он понятия не имел.
Алба-удун нахмурился. Его ладони лежали на рукоятях топоров. На коже то и дело вспыхивали и гасли татуировки. Шторм внутри его души был виден, в буквальном смысле, невооруженным взглядом.
В это время остальные гномы (явно высокопоставленные чиновники) так же держали мозолистые ладони неподалеку от эфесов.
— Моя принцесса, — вновь поклонился гном.
