Веретенами, что означает его происхождение? Сердце дракона, первый том в серии "Небес и Земли", таит в себе загадки древних магических семейств. Маленького мальчика с необычными чертами прижимают к груди деревянная кукла - символ его драконьего происхождения.
Похоже, «Сердце дракона. Том 16» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ты… пришел отомстить… мне? — спросил Безымянный.
Он попытался подняться на ноги, но не смог. Может быть, если бы прошло несколько лет перед сражением с волками, он смог бы вернуть себе знания меча.
Не силу полубога.
Лишь знания.
Этого бы хватило.
Хватило, чтобы защитить Элену и деревню от всех, кто мог прийти за ними. Пусть хоть от самого Императора. Черный Генерал знал то, чего не знали другие боги — смертные были куда сильнее, чем казалось и тем, и другим.
Фигура опустилась рядом с ним. Тьма окутывала её лицо.
— Зачем мне тебе мстить, генерал? — спросил она. — Ты был лишь псом, выполнявшим приказы. Кто будет мстить псу?
Безымянный улыбнулся. Кровавой, жуткой улыбкой. Он хотел было скинуть капюшон с лица пришедшего, но не нашел в себе сил пошевелить рукой.
— Зачем… ты пришел?
— Заключить сделку, конечно же.
— Сделку? — удивился генерал. Он не особо любил слухи и кривотолки Седьмого Неба, предпочитая светским беседам библиотеки и общество Ляо Феня, но… даже его познаний хватало, чтобы помнить об одном «небольшом» инциденте.
"Лица фигуры видно не было, но Генерал буквально всем своим «я» ощутил, насколько эти слова задели странника.
— Кошмар еще получит свое, — ответил визитер. — но он, лишенный чести и достоинства, эмиссар Князя, и ты — доблестный генерал, вы разные сущности. Тебе я доверяю.
— Почему?
— Тебе доверяла Тисэ, — ответил он так, будто это могло объяснить любое явление под вечерними садами звезд.
— И чего… ты… хочешь… горшечник? — с трудом произнес генерал.
— Чтобы ты жил, генерал, — существо под плащом протянула руку. Руку, которая была даже страшнее тех отростков, что видел генерал у тварей, пришедших из-за грани. Покрытая струпьями, язвами, сочащаяся гноем. Белые черви ползали на облезших плотью костях. Мухи роились над вырванными ногтями. — Жил, и помнил.
Рука коснулась плеча Безымянного и в тот же миг боль ушла. Раны на его теле стремительно затягивались.
И то же самое происходило и с Эленой, когда Горшечник коснулся и её.
— Помнил, кто тебя спас, — плащ вновь накрыл фигуру. Она выпрямилась и, развернувшись, отправилась куда-то дальше — в глубь леса. Унося за собой эхо от звучавших в шелесте крон слов. — Война, где мы будем биться плечом к плечу, еще впереди, мой будущий друг.
Друг?
Он никогда прежде не слышал этого слова.
Интересно, что оно могло означать.
