Веретенами, что означает его происхождение? Сердце дракона, первый том в серии "Небес и Земли", таит в себе загадки древних магических семейств. Маленького мальчика с необычными чертами прижимают к груди деревянная кукла - символ его драконьего происхождения.
Похоже, «Сердце дракона. Том 16» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Стоило ему только покинуть бордель — тогда, десятки лет назад, как он не покидал поля сражений.
Лишь перемещался из одной битвы, в другую.
Каждая зима, встреченная им, порошила снегами штандарты и стяги. И не важно — чьи.
— Скорее моментальное истребление, — поправил Абрахам, поглаживая бородку. — Они соберут союзников. Купят их ресурсами, а затем направят всю эту мощь на дом Звездного Дождя.
Хаджар вновь посмотрел на белые купола шатров и на потоки адептов, стремящихся в город. Под стенами Подземного Шепота стояло порядка десяти тысяч воинов.
Потребуется не меньше четырехзначного перевеса, чтобы разбить такую армию адептов под ноль.
— И держат главу в плену именно для этого, — протянул задумчиво Хаджар. — Чтобы армия противника находилась как можно ближе.
— Как говорили предки — держи друзей близко, а врагов еще ближе, — кивнул Абрахам.
Густаф, видимо уставший дуться, подался вперед и, натянув тетиву, прицелился.
— И сколько у нас времени? — спросил он, натягивая тяжелый, артефактный лук до скрипа.
— Думаю, еще неделя — максимум, — не сразу ответил Шенси. — им нельзя медлить. Чем дольше Подземный Шепот ждет, тем больше вероятности, что все эти стервятники, получив пищу, разлетятся кто куда.
Вор, понимающий в военной стратегии и тактики? На самом деле Хаджар уже устал подозревал Шенси в том, о чем он понятия не имел. Пока их объединяла общая цель, они могли друг другу доверять. В разумных пределах, разумеется.
Абрахам поднялся и в стал рядом с лучником. Он буквально примерил расстояние, взглянув на лук и на высокий башенный шпиль где-то далеко над городом.
— Дотянешься?
— Обижаешь, — шутливо ответил Густаф.
Но сразу получил.
— Ну не дуйся, дитятко, я тебе яблоко в карамели куплю.
— В задний проход себе его засунь, старый пес.
— А что, это предложение политического капитала?"
"Снова выругавшись, Густаф положил стрелу на тетиву и, прицелившись, поднял лук к небу и выстрелил.
Абрахам присвистнул и приподнял шляпу.
— Снимаю шляпу, Густаф. Честно — думал, что ты не справишься.
Парнишка горделиво фыркнул и уселся обратно на свой пень.
Как бы его не подкалывали в отряде, но нельзя было забывать, что Густаф являлся не просто Безымянным адептом, а Лучником. И один этот факт говорил очень о многом.
