Хаджар Дархан, прославленный Безумный Генерал, продолжает свою борьбу в Чужих Землях. Война с Орденом Ворона вот-вот разразится во всей своей мощи. Герою предстоит пережить новые испытания, раскрыть тайны древних врагов и решить, что важнее — личная судьба или спасение мира.
Раздел Chitat.online для книги «Сердце дракона. Том 18. Часть 2 (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Хаджар Дархан, прославленный Безумный Генерал, продолжает свою борьбу в Чужих Землях. Война с Орденом Ворона вот-вот разразится во всей своей мощи. Герою предстоит пережить новые испытания, раскрыть тайны древних врагов и решить, что важнее — личная судьба или спасение мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Хаджар Дархан, прославленный Безумный Генерал, продолжает свою борьбу в Чужих Землях. Война с Орденом Ворона вот-вот разразится во всей своей мощи. Герою предстоит пережить новые испытания, раскрыть тайны древних врагов и решить, что важнее — личная судьба или спасение мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце дракона. Том 18. Часть 2 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Правая рука ненадолго онемела, а генерал беспомощно смотрел на то, как в его и без того окровавленное и израненное тело уже погружается чужая сталь.
Вот только каждый раз отдавая противнику одну часть тела за другой, позволяя ранить себя и пустить кровь, Хаджар лишь прикармливал голодного зверя, давая тому забыться во вкусе крови и скорой победы.
Прежде техника Воина Ветра позволяла Хаджару создать, всего на пару секунд, едва заметный, призрачный клинок, сотканный из тумана и ветров.
Но теперь, будучи в несколько раз усиленным магией Артеуса, в левой руке Хаджара вдруг оказался белоснежный меч. В его кристаллическом клинке танцевал северный ветер, но одновременно с этим меч выглядел выкованным из лучшей стали, лучшими из мастеров.
Кинжал Нарнира так и не нашел своей цели, а вот Хаджар сумел дотянуться до противника и нанести секущий удар вдоль всего лица — от правого виска, через переносицу и до левой скулы. Генерал метил этим ударом в артерию, но Нарнир успел перенаправить удар ножа и, отразив смертельный финал приема, разорвал дистанцию.
Хаджар, опираясь сразу на оба меча, поднялся на ноги. Он слегка шатался. Его одежды окончательно превратились в изорванные лохмотья — они не просто не служили доспехами под ударами Нарнира, но, скорее даже, мешались.
Так что усилием воли Хаджар превратил их из прекрасных одежд Мэб в привычные ему простецкие одежды, сшитые руками Аркемейи.
Раны, таящиеся под ними, постепенно закрывались, но это требовало от Хаджара все больше и больше энергии. А бой и так вытягивал её с немыслимой скоростью.
Такими темпами Хаджара хватит еще всего на несколько минут. А вот вожак волков, пусть и дважды раненный, выглядел так же свежо, как и в начале поединка."
"— Знакомая техника, — прорычал Нарнир. — значит не даром ты пахнешь Черным Генералом… генерал. Что же — ты бился достойно. Отдай мне перья и можешь ступать. Нет урона твоей чести, а среди сыновей и дочерей Феденрира ты всегда сможешь найти приют и пищу. Такое мое слово.
Стая улюлюкала и выла, подтверждая слова своего вожака. Сперва они отнеслись к прославленному генералу с легким пренебрежением, как к любимчику их королевы. Но теперь, после его битвы с вожаком, они убедились, что слава генерала родилась не на пустом месте, а королева относилась к нему так же, как и любому другому воину — соразмерно силе и достижениям.
Хаджар посмотрел в глаза противнику и поверил его словам. Так что вместо ответа только выставил перед собой мечи. Даже если бы за его спиной не лежала при смерти верная подруга и на кону стояли бы лишь перья степных орков, Хаджар все равно бы не отступил.
В том, чтобы пожертвовать памятью о гордых воинах и боевом товарище ради своей жизни — в этом нет чести.
