Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Сердце Дракона. Том 20» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Сергеевич Клеванский Самиздат подборки серии
Безумный Генерал прошел весь край смертных, пересекая королевства, империи и чужие земли. Теперь перед ним открывается новый путь — к Седьмому Небу. Что ждет героя в неизведанных высотах? Начинается последний этап его легендарного восхождения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Дракона. Том 20» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Пустынний бросил полный стали взгляд в сторону генерала, затем посмотрел на своего пленника и, сплюнув, поставил того на землю.
Хаджар в равной степени верил словам Арнина о том, что тот не причастен к появлению Дикого Бога у их порога и, в то же время, понимал, что оборотень плетет какую-то свою, отдельную интригу.
Да, у Нарнира была возможность солгать, но как бы Хаджар не относился к вожаку сыновей Феденрира — тот не лгал. Честь не позволяла ему заниматься подобным.
Сгрудившись в тесной пещере, отряд обменивался тревожными взглядами, мысленно отсчитывая секунды до того момента, как Артеус потеряет возможность удерживать щит.Дикий Бог — это не то, препятствие, которое преодолеешь даже незаметив. Да, Дикие Боги были равны по силе слабейшим из бессмертных, но вся разница в том, сколько времени такое существо прожило. Чем дольше — тем могущественнее оно становилось.
Иногда настолько, что законы Неба и Земли, вмешиваясь в ход событий, буквально вырывали таких созданий из смертного региона и переносили в край бессмертных.
Так что каждый из Небесных Лисов прекрасно осознавал масштаб ситуации. В конце концов они встретились с одним из могущественнейших созданий Северных Гор.
И пока они размышляли, ярость птицы-громовержца бушевала снаружи в хаотичном переплетении вихря молний и грома, грозившего поглотить любого, кто осмелится выйти перед Громовой птицей.
Каждый из отряда понимал, что чтобы пережить эту встречу им придется либо найти способ как-то усмирить бушующего Дикого Бога, либо сойтись с ним напрямую."
"Варианта сбежать — не было. Чем больше людей собиралось на тропе ветра, тем медленнее перемещался Хаджар и, соответственно, все кто с ним.
В одиночку он, может, приложив максимум усилий и смог бы сбежать, но точно не вшестером.
— Можем попробовать использовать артефакты, — предложил Арнин. — у нас достаточно, чтобы отвлечь или замедлить монстра.
— У нас впереди еще шесть суток до дальних гротов, — покачала головой Лэтэя. — если потратим все артефакты сейчас, то лишь отсрочим не самый приятный финал.
— Поторопитесь, — проскрипел стиснутыми зубами Артеус. — Долго я удерживать щит не смогу.
Пока отряд обсуждал свои идеи, Хаджар, прикрыв глаза, пытался сообразить, как им лучше выйти из сложившейся ситуации. Он обдумывал сотни различных вариантов, но каждый из них оказывался печальнее предыдущего.
Дикий Бог, пусть и лишенный разума, все еще обладал неким подобием интеллекта. Они могли попробовать задобрить Громовую птицу подношениями, но что могло заинтересовать спутницу штормов из их небогатого снаряжения?
— Так или иначе — нам нужен хороший план, — до хруста в костяшках, гном стиснул топоры.
— Да что ты говоришь, коротышка, — скривился Шакх.
