Сухие поленья сосны и осины, сложенные пирамидкой, то и дело выстреливали маленькими искорками-угольками. Они приятно и совсем не больно жалили. Над низкой травой стелился густой, предрассветный туман. Шелестела осока. Светила полная луна. Она щедро проливала свет на широкое озеро, на берегу которого и сидел Хаджар.
Он смотрел на то, как качалась на ветру маленькая елочка.
Хаджару нравились елки. Они напоминали ему о том старом сне, в котором их ставили на праздник со смешным названием. Новый Год. Этот праздник всегда ему нравился.
– Она скоро подойдет, – прозвучало рядом.
У костра уселся еще один человек. Он забил трубку и предложил мешочек с табаком Хаджару. Тот, благодарно кивнув, принял и забил свою. Почему-то эта была та, которую ему оставила маленькая Эйне.
Удивительно… Когда-то она была старше его, а теперь вот, навсегда, останется маленькой…
– Хорошо здесь, – Неро затянулся и выпустил к небу вереницу дымных колечек. Они всегда получались у него лучше. – спокойно… душевно. Иногда мне хочется здесь остаться.
– Ну так останься, – ответил Хаджар, потуже запахиваясь в тугой плед.
Неро повернулся и улыбнулся. Той самый улыбкой, обычно не предвещающей ничего, кроме очередных неприятностей. Неприятностей, которые они сами же и находили себе на пятые точки.
– Ты знаешь, что я не могу, брат, – ответил Неро… Эрен… – мне… нам. Да, нам. Нам пора дальше.
Хаджар кивнул.
Сегодня была та ночь, когда души Неро и Серы должны были покинуть дом предков и отправиться на перерождение. В зависимости от того, как встретили их праотцы и как прошел их суд, и будет построена их следующая жизнь.
– Мне это сниться? – спросил Хаджар. – Или я действительно… действительно, – следующие слова дались с трудом. – Действительно говорю с тобой?
Неро вновь улыбнулся и выдохнул колечки дыма.
– Не знаю, братец, не знаю. А есть ли разница?
Хаджар глубоко затянулся. Пряный, душистый дым проник в легкие заставив его слегка закашляться. Ядреная вещь.
Неро засмеялся и толкнул Хаджар плечом. Такой привычный жест. Жест, по которому Хаджар порой так сильно тосковал, что непроизвольно тянулся рукой к рукаву кафтана.
– Я так и не успел с тобой попрощаться, – вздохнул Хаджар. – не смог проводить тебя… в последний путь. С почестями предать тело огню. Не смог… не смог… спасти тебя, брат.
Улыбка спала с лица Неро. Отложив в сторону трубку, он вгляделся в мерцание пламени. То танцевало, принимая самые причудливые из форм.
– Но ты выполнил свое обещание, Хаджар. Ты взял нас с собой в свое путешествие."
"В руках Хаджара сам собой оказался кожаный мешочек. Тот самый. В нем лежали два обручальных браслета.
– Но мы должны были…
Теплая, мозолистая ладонь легла ему на плечо.
– Не надо, брат, – покачал головой Неро.