Звезды на черном бархате небес постепенно меркли и исчезали среди проявляющейся лазури. Но солнце, отчего-то, не спешило подниматься.
Будто стеснительная девушка, оно прихорашивалось где-то среди гор пограничья Даранаса и Ласкана.
Но Хаджар ждал вовсе не палящего зноя, приносимого в степи дневным светилом, а своего нового знакомого – краснокожего попутчика.
Тот, еще с вечера покинув таверну “Пьяный Гусь”, где и заночевал отряд, как-то не спешил вновь облагодетельствовать их своим присут…
– Да осветят Духи твой путь, охотник.
Хаджар резко вскочил на ноги и обернулся. Огромная, двух с половиной метровая махина неожиданно возникла прямо у него за спиной. Причем это не было так же, как у Эйнена, способного перемещаться среди мира теней.
Нет, массивный Степной Клык просто каким-то чудом сумел незамеченным подойти к Хаджару. А тот, считал себя способным заметить появление даже тех, кто был сведущ в техниках скрытного перемещения.
В этом ему помогала пусть и ограниченная, но связь с ветром, а так же опыт бесчисленных сражений и войн.
– Как ты это сделал? – прищурился Хаджар, руки которого все еще окутывал черный туман.
Он едва было не призвал в реальность Черный Клинок – оружие своего далекого предка Черного Генерала.
После того, как с поля боя сбежал Эон Мракс, последователь Ордена Ворона шестого круга, то нервы Хаджара были не в порядке.
Он подозревал, что Мракс так просто не оставит его в покое (как, собственно, и весь орден) и обязательно вернется, чтобы взять реванш.
– Не важно, как я это сделал, – Степной Клык, подвязывая густые черные волосы, обнажил топоры, заткнутые за пояс. – Важно – почему ты меня не услышал. Охотник должен доверят своим чувствам, иначе он оскорбляет предков.
Фразу об оскорблении предков Хаджар слышал уже десятки раз. Для начала – он вообще плохо понимал, что именно орки вкладывали в понятие “Предок” и “Дух”.
Всего нескольких дней проведенных с народом степей хватило, чтобы понять, что они следуют совсем иному пути развития, нежели людская или эльфийская раса.
– Я мало знаю, Степной Клык, о вашем пути, – покачал головой Хаджар.
Орк, до этого не испытывающий к человеку ничего, кроме презрения и ненависти, внезапно положил ладонь тому на плечо.
– Я был неправ, маленький охотник, когда решил мерить тебя нашими укладами, – в голосе орка действительно прозвучало сожаление. – ты, будто маленький орчонок, ничего не знаешь об этом мире, а я требовал с тебя как со взрослого свободного охотника, так что, перед глазами Духов и праотцов, я прошу у тебя прощения.
С этими словами он ударил себя кулаком по груди.
Хаджар посмотрел на орка. Громадный, покрытый монструозными мышцами-валунами, он, тем не менее, обладал абсолютно человеческим взглядом.