Герой, пережший войны и битвы с легендарными врагами, прибывает в столицу Империи Даанатан. Перед ним открываются новые испытания и тайны древнего мира. Его путь ведет к разгадке великих судеб и решающему противостоянию, которое определит будущее всех земель.
Раздел Chitat.online для книги «Сердце дракона. Том 9» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой, пережший войны и битвы с легендарными врагами, прибывает в столицу Империи Даанатан. Перед ним открываются новые испытания и тайны древнего мира. Его путь ведет к разгадке великих судеб и решающему противостоянию, которое определит будущее всех земель.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кирилл Сергеевич Клеванский Самиздат подборки серии
Герой, пережший войны и битвы с легендарными врагами, прибывает в столицу Империи Даанатан. Перед ним открываются новые испытания и тайны древнего мира. Его путь ведет к разгадке великих судеб и решающему противостоянию, которое определит будущее всех земель.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце дракона. Том 9» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Твой язык так же велик, как и твое надутое тело? – спокойно, но в то же время с легкой ноткой угрозы, парировал аристократ.
– Ты еще не видел, что у меня есть большого!
От смеха великана некоторым, особо хлипким послам, пришлось коснуться своих защитных амулетов. Их окутала невидимая, спасительная пелена.
После этого их больше не сдувало порывами ветра, создаваемыми огромными, как кузнечный горн, легкими великана.
– Уймись, Данахэд, – Король Эльфов, как и всегда, сидел на собственном, будто бы живом, древесном троне. Он лишь немногим уступал тому, на котором восседал скучающий Император. – Не забывай, что именно этот простолюдин оставил нас с носом.
– Не нас, а вас, Агвар, – великан смахнул выступившие от смеха слезы. – Я не принимал участия в вашей авантюре с Гр..
Глава Вечной Горы не успел договорить. Его прервал резкий свист, следом за которым, пробив защитный купол (предмет гордости сотен ученых) корабля, прямо за спину к Императору приземлилась окутанная белой молнией фигура.
Личные телохранители правителя тут же обнажили оружие и окружили незнакомца.
Но уже в следующее мгновение все они попадали на колени. Могучие Безымянные начальной стадии, сила каждого из которых была оценена лично Императором Дарнаса, даже вздохнуть не могли в присутствии этой фигура.
Та же, фыркнув, чем заставила всех послов использовать максимум амулетной защитны и засиять подобно ярморочной площади в праздничный день, спокойно подошла к трону Императора.
– Здравствуй, Морган, – слегка поклонился полуобнаженный, в одних только холщовых штанах, загорелый мужчина.
Тело, крепкое и мускулистое, было украшено разнообразными татуировками, которые хитро соединялись с бесчисленным множеством шрамов.
Длинные, всклокоченные волосы больше напоминали гриву какого-то животного. А цепкий взгляд не упускал ни единой детали.
– Ректор, – незнакомец повернулся к сидящему неподалеку старику. – Дружище Жан.
Последний, приглашенный на корабль по настоянию Ректора Святого Неба, уже прятал лицо в ладонях. Ему было стыдно за такое поведение своего друга.
– Ты опоздал, мечник Орун, – в первые, за весь день, Император сказал хоть несколько слов.
– Ну, ты же знаешь, после тренировки на Горе Ненастий, меня всегда тянет в бордель.
– Тебя всегда в него тянет.
– Потому что я всегда тренируюсь! – шокируя всех присутствующих, Орун хлопнул собеседника по плечу.
И все бы ничего, но этим собеседником был сам Император Морган. Существо, стоящее на пике пути развития Семи Империй.
Тот, кому беспрекословно подчинялся весь Дарнас. В чьих руках находились жизни и судьба бесчисленного множества населявших страну созданий.
И при этом Орун вел себя с ним настолько панибратски, будто говорил не с вершителем судеб, а с приятелем.
