Автор
Внутри тепла и тьмы она открыла глаза. Запах огня напомнил ей о людях — темных существах, которые создают и используют его во всем. Словно рычание дракона на фоне шелеста змеи в траве, человеческая жизнь кажется почти невероятной.
— но самый ближайший к Белому Дракону и Алому Фениксу. Ну и самый развитый, конечно.
Рубанок Хаджара летел по древесине, срезая все новые и новые полосы волокна. Это чем-то напоминало ему то, как он шел по дорогам безымянного мира, стесывая с них все больше и больше шелухи, обнажая ту истину, которая скрывалась внутри.
— Передай ему мои извинения, что я отнял такую удобную игрушку.
— Обязательно, — улыбнулся Хельмер, демонстрируя свои даже не звериные клыки. — и, чтобы ты знал, мне пришлось использовать карту Пустошей, чтобы перекрыть его стремление порвать тебя на части.
— Отлично, — кивнул Хаджар и, взяв доску, потащился обратно на крышу.
Демон на какое-то время замолчал. А после, поднявшись с трона, подошел к лестнице и схватился за неё руками. Теперь та не дрожала, норовя свалиться под весом Хаджара.
— Мне вот интересно, — протянул демон, глядя в сторону закрытых ставней. — а малышка Аркемейя знает?
Хаджар так и не опустил занесенный молоток на шляпку гвоздя.
Лицо Хельмера исказила воистину демоническая улыбка.
— Может мне стоить рассказать нашей общей знакомой о твоей маленькой уловке? О том, что ты сам, в момент удара Азреи, разорвал усилием воли свои меридианы.
Хаджар ударил молотком.
Куда сильнее, чем оно того требовало.
Глава 1183"
"— Меня всегда поражала это твоя особенность, Хаджи, — Хельмер, отряхнув ладони о кровожадный, живой плащ, вернулся обратно на трон ночных кошмаров. — Любовь к самоистязаниям. То одно, то другое, теперь вот, обретя хоть сколько-нибудь заметную силу, ты лишаешь себя её? И зачем.
Хаджар продолжил молча чинить кровлю. Этот процесс заботил его куда больше, чем общение с древним демоном, когда-то обманувшим Горшечника.
— Все это ради Аркемейи, да? — демон протянул руку и ковер из кошмаров превратился в кишащий рой. По его поверхности, качаясь, будто на волнах, поползла пузатая бутылка мутного стекла.
Откупорив её, демон приложился к горлышку.
Запах терпкого вина ненадолго вскружил голову Хаджару.
— Знаешь, Хаджи, ты мне больше нравился, когда в тебе не было всей этой чуши, — Хельмер поставил бутылку на столик. Разумеется, тот был создан из все того же нагромождения мохнатых шариков страха.
— Тогда зачем ты свел меня вместе с Аркемейей и помог ей не только выжить, но и стать сильнее.
И вновь эта улыбка. Многозначительная. Коварная.
