Автор
Мягкий голос мамы пробуждает атмосферу тепла и заботы, контрастирующую с ожесточением папули купленного мяса. В комнате царит напряженная неловкость, где каждое движение кажется неуместным. Постепенно мир возвращается к обычной суете, но острые раны днем снижены сердечком химеры — легендарного детектива в поисках его невиновного пути....
Однако по тому, как нелепо он раскинул длинные ноги, как отчаянно пальцы вцепились в обивку подлокотников, по тяжелому дыханию стало ясно: дело плохо. Похоже, он взобрался в кресло из последних сил, чтобы не умирать, лежа на полу в луже собственной крови, чтобы умереть с достоинством.
– Отец!
Скай опустился на колени рядом со старшим лордом, крепко сжал сведенные судорогой пальцы, и только тогда отец перевел на него взгляд – прежде острый и ясный, сейчас он гас, глаза затягивались пеленой. И все же он разглядел сына:
– Скайгард… Я… старый дурак…
– Тихо, тихо, отец.
Грудь старого дракона зияла ранами и порезами, которые и не думали затягиваться. Мгновением позже Скай разглядел на шее отца ошейник и догадался о том, что здесь произошло.
– Проклятье! Зул Вилард? Арен? Как давно? Что им известно?
Керин вернулся с простынями. Он подошел было к старшему лорду Ньорду, чтобы перевязать раны, но тот остановил его жестом, а голос на мгновение сделался твердым:
– Нет.
Он застонал, пытаясь приподняться и сесть выше. Скай и Керин, подхватив с двух сторон, помогли ему.
– Я ничего не сказал… Но Вилард… Он влез в мои мозги… Он знает, где моя внучка… – Дыхание старого дракона становилось все более частым и прерывистым. – Возвращайтесь! Немедленно! – выкрикнул он из последних сил, а потом обмяк. Пальцы, что держали руку сына, сделались совсем вялыми.
Но он еще был жив.
– Керин, возвращайся. Я догоню, – бросил Скай.
Казалось, что он спокоен, но Керин знал, какими усилиями дается Скайгарду эта сдержанность.
Керин осторожно сжал предплечье старшего лорда Ньорда.
– Знакомство с вами – честь для меня, – тихо сказал он. – Счастливого полета в небесные сады.
Казалось, старый дракон снова не обратил ни малейшего внимания на химеру, но вдруг он повернул голову, и его взгляд впервые встретился со взглядом Керина:
– Береги мою внучку. И моего правнука.
– Это мой сын, – тихо сказал Керин.
Старый дракон внезапно рассмеялся. Смех булькал в его груди, прорываясь наружу брызгами крови изо рта.
– Опередил, значит, этого венценосного говнюка. – И резко помрачнел. – И сейчас опереди. Поторопись.
Керин кинулся вон из дома, сменил ипостась, едва ступив на крыльцо.
Арен и Зул Вилард покинули дом совсем недавно. Можно только поражаться силе воли старого лорда, который держался несколько часов, скрывая местонахождение внучки.
Он может успеть.
