Автор
Мягкий голос мамы пробуждает атмосферу тепла и заботы, контрастирующую с ожесточением папули купленного мяса. В комнате царит напряженная неловкость, где каждое движение кажется неуместным. Постепенно мир возвращается к обычной суете, но острые раны днем снижены сердечком химеры — легендарного детектива в поисках его невиновного пути....
Так же, как выглядят и драконы после рождения. Только истинные драконицы обладают способностью видеть химер и замечают изумрудную, сияющую зелень их глаз. Арен этого не увидит. Нельзя, чтобы он понял, что Дар – сын Керина.
Нари сама протянула корзину с ребенком одному из стражей. В груди словно что-то оборвалось, но она заставила себя стоять прямо и не дрожать.
Арен откинул одеяльце и вытащил сонного Пирожка. Взял его под мышки и поднес к лицу, рассматривая. Дари задергал ножками и радостно гукнул: его взяли на ручки, он уже давно хотел на ручки.
– Это твой ребенок, – твердо сказала она.
Ида смотрела в пол и молчала. Она разгадала план Нари и опасалась даже взглядом выдать ее. Маргарита задержала дыхание.
– Мой? Действительно? – с издевкой уточнил Арен. – А по виду так непохож. Может, ты хочешь мне всучить химерское отродье? Я не чувствую его сердца. Почему бы?
Нари знала, что на ответ у нее секунда: чуть помедлит – и подпишет Дари смертный приговор.
Она посмотрела на Зула Виларда, как бы ища поддержки, пожала плечами и сказала:
– Может быть, ты был слишком далеко? Твой отец знал, что родится дракон.
– Ошибаться свойственно даже королям, – усмехнулся Арен. – К счастью, есть способ проверить. Ты, вероятно, думаешь, что легко сможешь облапошить муженька, ведь драконы после рождения меняют ипостась только спустя год. Но…
Арен небрежно держал в руках крошечное тельце, и Дари, который не привык к такому обращению, захныкал.
– Ты слышала, что если ребенка дракона сбросить с высоты, то сработает инстинкт, который спасет ему жизнь? Он сменит ипостась. Удивительно устроена природа, правда?
Нари показалось, что она ослышалась. Ведь он не сделает этого?
– Не смейте! Иначе я не заряжу больше ни одного кинжала, – властный голос Маргариты, казалось, поколебал решимость принца, но только на мгновение.
– Куда ты денешься, – просто сказал он.
«Нет, нет, нет, умоляю, не надо!» – мысленно шептала Нари, глядя на любимого маленького Пирожка со смешным хохолком на голове. На ножках у него носочки, которые утром надел Керин. Утром, когда жизнь казалась такой прекрасной…
Арен поднял Дари высоко над головой и разжал пальцы.
Нари беззвучно осела на пол, закрыв лицо руками.
