Сердце Хищника — это призрачная повесть о разуме животных и таинственных молчаливых существах в глухих лесах. Глядя на мир через глаза незнакомцев, начинаешь понимать его по-новому: агрессивные хищники кажутся мягкими и сложными существами, поддающимися только на самые отчаянные инстинкты....
Часы перестали быть единственной связью с отцом – теперь они напоминали о случившемся на крыше Небесной башни, и это было невыносимо. Саймон убрал часы в шкаф с одеждой, спрятав их между самыми плотными носками. – Ты её сегодня видел?
– Она в комнате, – сказал Феликс. – Грозилась скормить меня акулам.
– Ну, хотя бы не попыталась, – отозвался Саймон. – Как она там?
– Уже практически не ревёт, – сказал мышонок. Пожалуй, на большее Саймону рассчитывать и не приходилось.
Откуда-то сверху, из зоопарка, который патрулировали волки, донёсся скорбный вой, и Саймон напрягся.
– Пойду прогуляюсь. Если Малкольм зайдёт, скажи, что я пошёл в яму тренироваться. Вернусь до полуночи, – сказал он, а затем скользнул из своей спальни в комнату брата. Его там не оказалось, чему Саймон обрадовался. Сейчас ему нужно побыть одному.
Он отодвинул панель, скрывающую потайной ход, и вскоре выбрался на ночной воздух. Малкольм рассказал, как правильно контролировать превращение, и, хотя со смерти дяди Дэррила он практиковался всего несколько раз, ему казалось, что он уловил основную суть.
Раскинув крылья, Саймон взмыл в небо над зоопарком. Благодаря орлиному зрению света полной луны хватало, чтобы рассмотреть мельчайшие детали, включая отдельных членов стаи. Он кружил над зоопарком, пока Ванесса в облике волчицы не перешла на другое место, и только тогда с одним лишь шорохом перьев приземлился на каменную дорогу перед могилой дяди.
За прошедшие с похорон дни кто-то воздвиг вторую статую – огромного волка, выглядящего в точности как дядя.
– Привет, дядя Дэррил, – сказал он, силясь подобрать слова. Но как можно выразить, насколько виноватым он себя чувствовал? Насколько скучал? Никак, но слова всё равно упорно застревали в горле, пытаясь вырваться, и ком в груди отзывался невыносимой болью.
– Ты был лучшим человеком в моей жизни, – прошептал он, касаясь волчьей морды. – Прости, что не слушал. Прости, что бросил тебя и прости, что так и не сказал, насколько я… – Из-за кома, вставшего в горле, говорить практически не получалось. – А ещё прости за то, как я поступлю. Мне нужно найти осколки Хищника до Ориона. Только так я смогу уберечь Нолана. Если я смогу уничтожить скипетр, то у него появится шанс. Или даже у нас обоих. И тогда мы… мы сможем спасти маму.
