Сердце Хищника — это призрачная повесть о разуме животных и таинственных молчаливых существах в глухих лесах. Глядя на мир через глаза незнакомцев, начинаешь понимать его по-новому: агрессивные хищники кажутся мягкими и сложными существами, поддающимися только на самые отчаянные инстинкты....
Сердце Саймона упало.
– Прости.
– Не извиняйся. Включай голову. Ты не обойдёшь охрану Альфы, а она уже многие годы пытается покончить с потомками Ориона. Даже если он прав и твоя мама ещё жива, Альфа не вернёт её просто потому, что ты попросил.
– Я должен попытаться. Не могу просто дать ей умереть, пока есть возможность что-нибудь сделать.
– А если возможности нет, что тогда?
– Не знаю и знать не хочу, что тогда. Я должен попытаться, Уинтер, мы одна семья. Стала бы ты сидеть взаперти, если бы Альфа забрала Ориона?
Теперь замялась она, отвернувшись к окну.
– Альфа может держать её в нескольких местах, и Орион уже послал туда разведчиков. Если он её не спасёт…
– Альфа должна понимать, что он её ищет, – сказал Саймон, лихорадочно соображая. – Но она не будет ждать меня. К появлению Ориона она готова, но не знает, что я тоже приду. Шансов мало, но они есть. – Он судорожно вздохнул. – Пожалуйста, Уинтер. Помоги мне отсюда выбраться.
Несколько секунд она молчала, и Саймон выдохнул. Но не успел он снова заговорить, Уинтер резко обернулась.
– Ладно, но ты будешь меня слушаться. Без возражений, понял?
Он с облегчением кивнул.
– Поступим так, как ты скажешь.
– Крысы снаружи – просто солдаты, они делают, что им сказано, и не знают, где твоя мама, – сказала Уинтер, и в её зелёных глазах вспыхнул огонёк. – Но есть тот, кто знает.
– Кто? – спросил Саймон, стискивая лямки рюкзака.
– Крысиный король. – Видимо, непонимание отразилось на его лице, потому что она закатила глаза и добавила: – Не настоящий король, как Орион и остальные правители.
Ради мамы Саймон готов потерпеть вонь.
– Где он?
– Под Крысиной скалой в Центральном парке. Ему сложновато перемещаться, так что далеко он не отходит. – Уинтер оценивающе взглянула на Саймона. – Быстро бегаешь?
– Ну да.
– Сейчас я пну охранника, а ты побежишь к выходу.
– Чего? – переспросил Саймон, но она уже была на полпути к столу. – Уинтер… Уинтер!
– У тебя одна попытка, Саймон, – сказала она, и не успел он возразить, как она сделала именно то, о чём и предупреждала: пнула ничего не подозревающего охранника. Сильно пнула.
По фойе разнёсся его болезненный возглас, и Саймон кинулся вперёд. Он сможет.
Подбежав к стеклянной двери, он врезался в неё всем своим весом.
