Саймон Торн – обычный школьник, скрывающий страшную тайну: он наполовину человек, наполовину хищник. Когда его зачисляют в загадочную школу анимоксов, парень попадает в мир, где его природа больше не враг. Здесь он должен найти свое место и принять себя таким, какой он есть на самом деле.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сердце Хищника»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Саймон Торн – обычный школьник, скрывающий страшную тайну: он наполовину человек, наполовину хищник. Когда его зачисляют в загадочную школу анимоксов, парень попадает в мир, где его природа больше не враг. Здесь он должен найти свое место и принять себя таким, какой он есть на самом деле.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эйми Картер Книги о приключениях для детей и подростков подборки серии
Саймон Торн – обычный школьник, скрывающий страшную тайну: он наполовину человек, наполовину хищник. Когда его зачисляют в загадочную школу анимоксов, парень попадает в мир, где его природа больше не враг. Здесь он должен найти свое место и принять себя таким, какой он есть на самом деле.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Он… – Малкольм нерешительно остановился. – Птицы прекрасно знали, что делают. У нас есть раненые, и…
– Они меня не волнуют. Где Нолан?
Малкольм содрогнулся от ярости всем телом.
– Ученики видели, как хищные птицы берут его в заложники. Мы обыскали всю школу, но… – Он судорожно сглотнул. – Его забрали.
20
Собачья доля
Нолана забрали.
Ногти Альфы с такой силой впились в плечо Саймона, что должны были оставить отметины, но он про них даже не думал. Орион спас Нолана, значит, его мама и брат в безопасности. Видимо, радость отразилась на его лице, потому что Малкольм как-то странно на него посмотрел. Саймон тут же нахмурился, пытаясь изобразить тревогу, но было поздно.
– Если мой внук у Ориона, то что ты здесь делаешь? – опасным голосом поинтересовалась Альфа. – Возьми их след, пока они не вернулись в Небесную башню.
Малкольм склонил голову.
– Я возьму с собой стаю. Где Дэррил? Чем больше нас на земле, тем больше шанс, что нам повезёт.
– Ты двенадцать лет прекрасно справлялся без него. Смотри, как бы его возвращение не лишило тебя работы.
По лицу Малкольма скользнула тревога, но перед тем, как он ушёл, Альфа вновь заговорила:
– И, Малкольм?
– Да?
– Если не найдёшь его, можешь не возвращаться.
Стиснув зубы, он снова кивнул и закрыл за собой дверь. Саймон напрягся, когда Альфа подошла и заперла её на замок.
– А теперь скажи, Саймон, как птицы пробрались в Логово?
Всё тело сковало льдом.
– Не знаю.
– Знаешь. Это ты их позвал, – сказала она, и сердце Саймона забилось быстрее.
– Я…
Она шагнула вперёд, скрещивая руки.
– Я знаю, зачем ты пришёл, Саймон. Знаю, что ты пытался найти маму. И я могу облегчить тебе задачу, а могу сделать её гораздо сложнее. Решать тебе.
У Саймона пересохло во рту.
– Я… я не знаю, как они пробрались внутрь, – сказал он. – Может, им тоже известно про тоннели.
– Возможно, – согласилась она. – Но пришли они всё равно из-за тебя.
– Я не понимаю, о чём вы, – неубедительно соврал он.
Она вздохнула.
– Ну, ладно. Раз по-хорошему ты не хочешь…
И тут Альфа остановилась. Её глаза сузились. Саймон проследил за взглядом, и неожиданно комната поплыла.
Портрет его отца, за которым скрывался сейф, был отодвинут.
– Что ты тут делал, пока меня не было? – спросила она, касаясь позолоченной рамы. Портрет встал на место.
– Д-да ничего, – ответил он. Уинтер, видимо, не закрыла его до конца.
– Уверен? – поинтересовалась она, вновь открывая портрет. Пальцы легли на замок. – Последний шанс для признания, Саймон.
В груди жгло, и он попытался придумать отговорку, хоть какую-нибудь, но не мог подобрать слов.
– Я… я…
Она ввела код и открыла сейф. Стало тихо, и Альфа медленно обернулась: её лицо пылало от ярости. Когда она заговорила, голос дрожал, словно она едва сдерживалась.
