Луна дёрнулась от неожиданности, неловко взмахнула крыльями и свалилась с ветки. Ледяной дракончик удивлённо смотрел, как она возвращается. Вихрь тоже вытаращил глаза.
– Во имя всех лун, что с тобой такое? – спросил песчаный.
– Мракокрад? – переспросила она, не ответив. – Откуда ты знаешь о Мракокраде?
– О нём каждый знает, – пожал крыльями Холод.
– Я, к примеру, не знаю, – вставил песчаный.
– Каждый, кто что-то собой представляет, – ядовито пояснил ледяной.
– Ах да, понятно, – хмыкнул Вихрь, – то есть каждый из ваших.
– Ночные тоже знают, – возразила Луна. – Он наша легенда. Кошмар, призрак, монстр… И так далее.
– У нас то же самое, – мрачно буркнул ледяной.
– Что же он у вас натворил?
– Убил одного из принцев, украл королевское наследие… Всё навсегда испортил.
– Вот прямо навсегда? – Песчаный дракончик со скорбным видом оглядел солнечный лес и покивал. – То-то я дивлюсь, какое всё кругом испорченное. Теперь понятно, кто в этом виноват.
– Знал бы ты всё, не стал бы шутить.
Луна прикрыла веки и покачала головой с какой-то особенной горечью.
– Мне бы очень хотелось знать, что… – начала она и вдруг тревожно распахнула глаза. – Они летят назад! Обсидиан и радужная – нам надо…
– Эй, привет! – крикнула Кинкажу, призывно махая крылом и глядя в чащу. – Летите к нам!
– Уже не надо, – закончил Вихрь, посмотрев на расстроенную ночную.
Холод зашипел от досады. В самом деле, прятаться было поздно. Оставалось ждать патруль.
Глава 4
Чёрный дракон – тот самый, с «тёмными мыслями», – подошёл не торопясь по берегу реки, подозрительно разглядывая Кинкажу и поигрывая чёрным раздвоенным языком.
Рядом с хмурым видом шлёпала по воде радужная дракониха, окрашенная в цвет листвы.
– А, это ты, – протянула Кинкажу. – Я думала, Орхидея. – Ледяной дракончик впервые увидел, как у жизнерадостной малышки портится настроение. – Привет, Бромелия.
– Что ты тут делаешь? – сердито спросила дракониха. – Твоё место в той академии, куда тебя послала королева Ореола! Вот говорила я ей, что ты ужасная ученица и непременно сбежишь, но разве меня кто-то слушает? Выходит, я всё-таки была права!
– У меня важное дело! – гордо бросила Кинкажу.
– Речь идёт о жизни королевы, чтоб ты знала!
Холод уловил тень, пробежавшую по угрюмой морде ночного дракона. Возможно, Луна и права – этот тип задумал что-то нехорошее.
Ночной окинул взглядом кроны деревьев и вдруг свирепо хлестнул по бокам хвостом.
– Ледяной! – прорычал он, оскалившись.
