Автор
В мирском мире, где чары и магия витают по воздуху, сердце главного героя — изгоита, привлекающего жуткие силы. Его призыв к дьяволу откроет ему новые тяги и угрозы, заставив бороться со своими подсознательными демонами. Погрузитесь в сюжетный лес страха и слез, где сердце Монстра станет ключом к решению загадочной трилогии....
Я не ожидал многого от этого заявления, но Саша покидает свое место и садится ко мне на колени. Ее ноги располагаются по обе стороны от моей талии, а руками она обхватывает мою шею.
— Думаю, тут ничего не поделаешь, раз ты сегодня ведешь себя как подобает, я прощаю тебя за то, что ты был засранцем сегодня утром.
— Я прощаю тебя за то, что ты напугала меня до смерти.
Ее губы разошлись.
— Я не знала, что ты способен на такие чувства.
— Я способен на все, когда дело касается тебя, — я впиваюсь пальцами в ее бедро.
— Именно поэтому ты попросил меня извиниться на днях?
Я киваю.
— Извини, — шепчет она мне в губы. — Я хотела причинить тебе столько же боли, сколько ты причинил мне.
— Ты превзошла все ожидания, причинив мне ответную боль.
— Мне жаль, — повторяет она, на этот раз, осыпая поцелуями мои щеки, нос, веки и губы.
Мое тело расслабляется под ее прикосновениями, и я закрываю глаза, чтобы почувствовать, как ее тепло сталкивается с моим, а ее сердце бьется в унисон с моим.
Она здесь.
Она действительно здесь.
Каждое утро я просыпаюсь с мыслью, что моя реальность — это сон и что я окажусь в альтернативной реальности, где она мертва.
Через несколько минут она отстраняется и говорит.
— Что теперь, Кирилл?
Я медленно открываю глаза и смотрю на ее ожидающее лицо.
— Теперь?
— После этого, — она вскидывает руки.
— Почему здесь должно быть «после»?
— Мы не можем вечно жить в фазе медового месяца. У тебя есть обязанности Пахана.
Мое настроение меняется, резко пикируя в противоположном направлении.
— К черту.
— Ну, у меня есть свои обязанности.
— Я не хочу этого слышать, — я начинаю вставать, но она проводит ладонями по моим щекам.
— Ты не можешь притворяться, что внешнего мира не существует.
— Наблюдай.
— Но…
Я затыкаю ее своими губами и рукой, сжимающей ее горло. Она задыхается в моем рту, но вскоре сталкивается своим языком с моим.
Саша может притворяться, что не будет колебаться, прежде чем покинуть меня, но она тоже в заложниках у этой невидимой связи, которую мы с ней разделяем.
Связи, которая отказывается разрываться, независимо от обстоятельств.
Связи, которая существует столько, сколько мы знаем друг друга.
Я готов вести миллионолетнюю войну, лишь бы в конце найти ее.
Когда мы отрываемся друг от друга, она задыхается, ее губы распухли, а глаза блестят.
— Для чего это было?
— Чтобы заткнуть тебя, — я встаю и проверяю свой телефон.
