Автор
В мирском мире, где чары и магия витают по воздуху, сердце главного героя — изгоита, привлекающего жуткие силы. Его призыв к дьяволу откроет ему новые тяги и угрозы, заставив бороться со своими подсознательными демонами. Погрузитесь в сюжетный лес страха и слез, где сердце Монстра станет ключом к решению загадочной трилогии....
— Как это отличается? Знаешь что? Забудь об этом. Ты просто перекрутишь слова так, чтобы ситуация сыграла в твою пользу, и это только больше разозлит меня. Давай покончим с этим.
Я улыбаюсь.
Она действительно умеет читать меня лучше, чем кто-либо другой. Даже Виктор со своими навыками слежки не может сравниться с ней.
Саша пытается сделать чистый разрыв, но у нее ничего не получается. Чем больше я ее слушаю, тем глубже она втягивается в ситуацию, от которой убегает.
Я никогда — я имею в виду никогда — не отпущу ее.
Даже если мне придется задушить ее в процессе.
Она кладет свою винтовку на заднее сиденье и садится на водительское сиденье, пока я пытаюсь забраться внутрь.
Саша тянется к бардачку, ее рука касается моего бедра, и от этого легкого движения мой член дергается, не выдерживая напряжения.
Прошло слишком много времени с тех пор, как я пробовал ее на вкус, и, скажем так, у моего члена был напряженный роман с моей рукой, который он готов прекратить.
Моя жена достает аптечку и разворачивает меня так, чтобы я оказался лицом к ней.
Ее брови нахмурены, но я не могу сдержать улыбку, которая поднимает мои губы.
Неважно, как долго мы были в разлуке; она всегда будет беспокоиться обо мне и следить, чтобы мне не было больно.
— Твоя забота трогательна.
— Спустись на землю. Если ты умрешь, Виктор убьет Антона. Это только ради моего брата.
— Хмм. Похоже, мы согласимся, что у нас разные определения для этого согл…блять.
Саша мило улыбается после того, как затягивает повязку на моей ране, а затем практически отбрасывает мою руку в сторону.
Она хочет доказать, что может и хочет причинить мне боль? Отлично. Я позволю ей делать это сколько ее душе угодно.
— Ой, прости, — она притворяется невинной. — Это больно?
— Все что угодно для моей прекрасной жены, — я улыбаюсь, хотя боль разливается по руке и распространяется на все остальное тело.
Ее юмор испаряется, и она нажимает на кнопку зажигания, а затем мчится вниз по грунтовой дороге.
Она выбита из колеи.
Хорошо.
Пока я все еще влияю на нее, я уверен в том, что добьюсь ее расположения. Сегодня, завтра или через месяц. Мне плевать.
Однажды она устанет от этого кинка3 молчания и вернется к другим увлекательным кинкам.
