Автор
Полина восклицает: "Ради чего все это?!" Взгляд Иры мелькает, ища причины для возмущения. Ира находит в своей сестре неожиданную подсказку — полезный подарок из кармана, который она сама надела на палец. Запойная драгоценность размером с ноготь мизинца отражает весь спектр света, создавая мерцающую радужную проекцию по стенам комнаты. Полина ведет расспрос о причинах, заставляя Иру признаться: ради денег и прочих нелицеприятных вещей....
И тут же зло всаживает ногти обеих рук мне в ягодицы, не давая ни шанса уйти. Толкается затылком мне в ладонь, беззвучно молит… о чем? Я догадываюсь и сжимаю ее волосы сильнее, подталкивая к своему члену. Она выгибается в мостик, стонет и снова берет меня в рот. От вида ее натянутых до предела губ в топку желания летит граната. Взрывается, потому что влага ее рта выводит на новый пик удовольствия. Полина пробует еще раз и снова слишком торопится: я вижу, как гортань напрягается до красноты. Выхожу, даю ей вдохнуть.
— Расслабь горло. — Провожу рукой по ее шее, массирую подушечками пальцев. — И не спеши — я и так кончу.
Она задыхается, облизывает губы — и разбрасывает руки.
Пик доверия — и мы здесь вместе.
Я медленно захожу в ее рот, контролирую каждый сантиметр и большим пальцем расслабляю гортань, поглаживая в нужных местах. Полина стонет, принимает глубже и с шумом втягивает влажный воздух ноздрями. Мы продолжаем смотреть друг на друга, и под таким углом это что-то вроде танца со связанными руками на оголенных проводах.
Она немного выпускает меня, и те молекулы, что теперь лишь бледная копия меня, падают в напалм, пока ее язык слизывает с меня стоны удовольствия. Где-то там я теряюсь, неосознанно подталкиваю ее голову ближе.
И снова — в ее губы, погружаясь в неизведанную глубину.
Я слишком большой, чтобы взять меня полностью, но она так жадно старается, что я готов взорваться прямо сейчас. Хочу растянуть удовольствие — и не могу. Полина сглатывает — и давление гортани на члене просто вышибает мозги.
— Отдай мне себя, — просит она, когда мы снова разрываемся.
— Справишься? — Скажи «да», Пандора, просто скажи это чертово «да».
Она ничего не говорит, она делает.
Тянет меня к себе, царапает ягодицы так адски сильно. Тонкая нить терпения громко лопается, как струна, обрывается, как и мои попытки хоть что-то держать под контролем.
Задвигаю себя в этот влажный раскаленный рот, чувствуя под пальцами судорожно сжавшуюся гортань.
Взад и вперед, так медленно, как могу, но каждый толчок — это два шага к краю.
Желание кончить маячит впереди красным солнцем. Оно почему-то болтается в ногах: огромное, горячее, словно ловушка, которую не обойти и за миллион лет. Нитки чистой энергии устремляются мне навстречу, кусают за вены.
