Военный врач погибает при исполнении долга и неожиданно пробуждается в фантастическом мире. Здесь ей предстоит найти своё место среди магии и древних войн, раскрыть тайну своего появления и решить, вернуться ли домой или остаться в этой новой реальности.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сердце полемарха»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Военный врач погибает при исполнении долга и неожиданно пробуждается в фантастическом мире. Здесь ей предстоит найти своё место среди магии и древних войн, раскрыть тайну своего появления и решить, вернуться ли домой или остаться в этой новой реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Айлин Лин Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Военный врач погибает при исполнении долга и неожиданно пробуждается в фантастическом мире. Здесь ей предстоит найти своё место среди магии и древних войн, раскрыть тайну своего появления и решить, вернуться ли домой или остаться в этой новой реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце полемарха» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Будет время - обдумает и свои чувства, и свои мысли, а пока нужно спешить.
***
Дарий
Силы медленно, но, верно, возвращались к нему. Дарий схоронился в порту на одном из кораблей союзников.
Его путь теперь лежал в Спарту, операция в Афинах сорвалась, а это значит, что нельзя допустить подобного и в спартанском полисе, он не мог позволить грекам объединиться против персов.
План его повелителя Царя Ксеркса был прост: вогнать полисы эллинов в пучину междоусобной войны. А потом персы добьют их окончательно и эти земли станут принадлежать только его Повелителю!
Глава 39
Аглая
Спала я тяжело: мне снились весьма суматошные сны, в итоге пробуждение было не самым приятным. Голова продолжала болеть и мир казался мне гадким и неприветливым.
- Госпожа гиатрос Аглая, - ко мне в коморку вошли Ирина и Поликсена, последняя держала в руках широкий поднос со множеством чаш. - Мы тут вам принесли еды побольше. Вы устали, спасая жизни наших воинов. Вам нужно набраться сил, а еда самый лучший источник для их восстановления.
- Спасибо, Ирина, - благодарно кивнула я им обеим. - Поли, подойди-ка, - попросила я ей, когда она разложила еду на низком столике.
- Так, давай посмотрим, как у нас идут дела, - деловито сказала я, заглядывая в рот девушке. Обрубок языка чуть вытянулся, незначительно, но и это меня обрадовало очень. - Прекрасно-прекрасно, - бормотала я, ощупывая корень языка и вливая свои силы в ткани. — Вот так, хорошо.
Довольно кивнув, отпустила Поликсену. Подошла к маленькому тазу в углу и ополоснула руки.
- Завтрак, мой хороший, иди ко мне, - потирая ладони, опустилась перед столиком, - девочки, готовьте банную комнату, хочу как следует умыться. Потом отправлюсь в асклепион, много у меня работы. Очень много.
Мысли о загадочном Алкее-Геракле гнала прочь, не хотелось думать о тех чувствах, что он будил во мне. Не до любовных приключений мне сейчас. Выжить бы.
***
Геракл"
"Дорога, по которой мчался Геракл, была широкой, покрытой мелкими камушками. Конь бежал легко, словно летел. Алкей-Геракл, одетый в удобные кожаные доспехи, с притороченными к седлу мечом, коротким копьём и шлемом весь сосредоточился на показавшемся вдали крупном поселении, где и жил брат Менедема, Джонас.
Короткий сон вернул ему силы, пусть не полностью, но усталость отступила и эффект ""свинцовых век"", так же перестал беспокоить его смертное тело.
Добравшись до центра маленького провинциального городка, Гер подъехал к самому большому и даже на вид богатому дому. Привязав коня к коновязи, подошёл к широкой, сделанной из крепкого дерева, двери.
Громко стукнув по ней несколько раз, замер в ожидании.
Не прошло и пяти минут, как створка чуть приоткрылась и на него посмотрели полные непонятной тревоги глаза раба.
