В глубине страны, среди дымящихся заводов и мрачных лагерей, живет молодой полемарх, умный и гордый подмастерий. Время от времени он смотрит в зеркало, на своем лице неотразимо глядят холодные глаза старого командира. Несмотря на трудную жизнь, сердце этого героя необычайно чутко реагирует на природу, и каждый прилив волны или утренний рассвет кажутся напоминаниями о давно исчезнувшем величии их земли....
Похоже, «Сердце полемарха» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Живот болит, потому что я его разрезала, чтобы спасти тебя и ребёнка, - с каждым моим словом глаза молодой матери становились всё больше, я даже чуть испугалась, как бы не выпали, - у тебя началось кровотечение и требовалось срочно предпринять решительные меры. Я провела операцию кесарево сечение и благодаря ей ты жива, и уже сегодня, вот прямо после нашей беседы начнёшь ходить, потому что нужно восполнить объём циркулирующей крови, ведь кровопотеря была значительная. В туалет нужно тоже сходить.
- Легче? - ухватилась она за последнее знакомое ей слово, - боль отступит, если ходить?
- Да, - кивнула, нисколько не покривив душой, - ты можешь спросить меня что угодно, так проще, отвлечёшься. А пока на вот, выпей.
Я помогла девушке принять полусидячее положение, натаскав подушек с соседних сейчас пустующих топчанов и подала миску наполовину полную тёплым бульоном.
- Как будто стало полегче, - несмело улыбнулась она мне, - и что такое серово сечение?
- Это разрез на животе, чтобы вытащить ребёнка, - ответила я и откинула её сорочку, демонстрируя рану.
- Ой! - округлила она и без того большие глаза, - в голове не укладывается, что так можно делать.
В ответ я только хмыкнула и встала, чуть поморщившись от боли в пояснице: всё же бессонная ночь не прошла даром, да и магические способности вытягивали много энергии из организма.
- Давай руки, - протянула Майе раскрытые ладони, - нужно вставать и сходить в уборную.
Вот что интересно у древних греков была хоть и примитивная, но вполне работающая система канализации[8]. И запахи человеческих испражнений не витали в воздухе, что тоже не могло не радовать.
Доведя Майю до комнатки, завела её внутрь и помогла усесться на деревянную лавку с дыркой в центре. После чего оставила её одну и вышла за тонкую дверь в коридор.
Мысль, что уже сегодня вечером меня ждёт встреча с этнархом Менедемом зудела на краю сознания, но я не давала ей вырваться и поглотить меня, дабы не впасть в панику и не насочинять сейчас совершенно не нужных вещей.
