Когда мы подошли к дверям туалета, я повернулась и посмотрела на боксера глазами, полными слез.
– Пожалуйста, отпусти меня. Пожалуйста.
– Не могу, – замотал головой боксер.
– Почему?
– Потому что не положено.
– А как положено? Меня убить? Да?
– Ты в туалет пришла или что?
– Ну скажи, ты меня убьешь? Я тихонько убегу. Никто и не узнает. Ты только открой мне дверь. А своим скажешь, что ты меня убил. Пожалуйста. Вы меня больше никогда не увидите и ничего обо мне не услышите.
– Ты в туалет хочешь или нет? – Мужчина начинал терять терпение.
– Очень хочу.
– Тогда в чем дело?
Поняв, что спорить бесполезно, я зашла в туалет и заперла дверь.
– На защелку могла бы дверь и не закрывать, – послышался голос за дверью.
– Это чтоб ты не подглядывал.
– Больно надо. Я что, голых задниц не видел?
– А может, и не видел.
– Да меня такие бабы отродясь не интересовали. Бальное платье надела, а рожа вся в синяках.
Но я уже не отвечала. Моему разочарованию не было предела. Я ждала, что в туалете есть хоть какое-то окно или тяжелый предмет. Но в туалете ничего не было. Ничего, кроме унитаза и половой тряпки. Не было даже обыкновенной швабры, которой можно было бы дать по голове и держать самооборону. Поняв, что обречена, я прислонилась к стене и тихонько всхлипнула. Теперь я твердо знала, что меня убьют. Я очень хорошо это знала.
– Подруга, ты все? Открывай дверь!
Но я не отвечала и не открывала дверь. Я тупо смотрела на потолок и не двигалась.
– Подруга, ты меня слышишь?! Ты вообще реагируешь на то, что я говорю?!
А затем стал раздаваться какой-то стук, который становился все сильнее и сильнее. Сначала отлетела защелка и распахнулась дверь. Мужчина взял меня за шиворот и потащил по коридору. Я начала сопротивляться и упираться.
– Я тебя умоляю! Пожалуйста, отпусти меня! Отпусти!!!
– А ну-ка, давай в комнату, гадина! Или я тебя раньше времени прикончу! У тебя еще есть несколько часов для того, чтобы насладиться жизнью!
– Я так наслаждаться жизнью не умею! Не убивай меня, пожалуйста.
– Давай вперед! Двигай ногами, я сказал!!!
Когда мужчине все же удалось затащить меня в комнату и бросить на пол, я закрыла лицо ладонями и зарыдала.
– Дура, больше в туалет не просись, – усталым голосом произнес мужчина. – Раз ты по-человечески не понимаешь, то ходи прямо здесь. Под себя ходи! Недавно Калач звонил.
– И что? – Я тут же убрала руки от лица и посмотрела на мужчину глазами, полными надежды.
– Хреновы твои дела! Вот что.
– В смысле?
– В смысле того, что Череп в кабаке сидит и в ус не дует. Все тихо-спокойно. Калач ему еще раз позвонил и напомнил, а то, может, грешным делом, он ночью слишком сонный разговаривал, ничего не понял. Заснул, а утром проснулся и подумал, что ему все приснилось.
– И что?
– Ничего.