В сердце Зверя третий том предлагает читателям невероятную атмосферу и драматичный сюжет. Глубокие символы, живописные описания природы и загадочные события завораживают читателей, заставляя задумываться о том, что скрывает полнота ночи. Каждая страница пронизана напряжением и неожиданными twist-ами, создавая уникальную и запоминающуюся интеграцию....
Похоже, «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Они останавливались и заговаривали с уходящими еще дважды, и никто не смог внятно объяснить, почему именно сейчас сорвался с места.
– Кто его знает, Монсеньор, – подвел итог Никола. – Жизнь в Олларии не сахарная. Не толпой же валят, да и не первые они… Как мы мародерские шайки на дорогах прижали, так и потянулись. Сперва больше было.
– Сколько мы отъехали?
– Хорны три.
– Я ничего не чувствую, а вы?
– Ничего, но мы в любом случае вернемся, нас могут и не держать.
– И все равно доедем до Фрамбуа.
Никола не возражал, хоть и полагал затею бессмысленной тратой времени.
– Знаете, Монсеньор, она очень похожа на икону, которую велел сжечь Окделл. Вы так ее и не видели.
– Я посмотрю, – внезапно пообещал Робер.
Глава 3
Талиг. Оллария
400 год К. С. 5-й день Летних Молний
1
«Надорские» вепри местами подставляли солнцу отменную бронзу, а местами были заляпаны какой-то дрянью – караулившие опечатанный особняк южане и не думали их чистить. По-хорошему на ворота следовало вернуть воронов, но у Ро не доходили руки, а Росио, где бы и какие бы кошки его ни носили, меченные бывшим оруженосцем заборы тревожили вряд ли.
– Будьте свидетелями, – потребовал толстый мэтр Инголс, переводя взгляд с герцога Эпинэ на графиню Савиньяк и с графини Савиньяк на кучку чиновников тессории.
– У генерала Карваля не было времени, – напомнил Робер.
– Разумеется, – подтвердила графиня.
Мэтр аккуратно срезал печати и вытащил ключи. Скреплявшее их кольцо украшал оправленный в золото карас с накладным, тоже золотым, вепрем.
– Сударыня, прошу вас.
– Благодарю, мэтр Инголс.
В просторном вестибюле было прохладно и тихо, черный мрамор пола покрывал тонкий слой пыли, на коврах почти не видной. С высокого постамента пялился еще один вепрь, за его спиной багровело не знавшее побед знамя.
– Тут стояла обсидиановая ваза, – припомнила Арлетта.
