И притащили пятерых городских стражников и отбившегося от своих кавалериста-южанина. Измазанных, голодных, ничего не соображающих…
– Сбесились, – твердил конник, по-лошадиному мотая головой, – точно сбесились… Будто и не люди. Даже не зверье… Не знаешь, как и назвать-то.
– Да уж, – подтвердил «Тень», – пропал городишко… Теперь только жечь.
– Уже жгут… – утешил бывший сержант городской стражи. – Ублюдки поганые!
Выразиться покрепче бедняге мешала хоть и переодетая, но графиня. Проводы Катарины продолжали приносить плоды, на сей раз не ядовитые.
– Что? – выдохнул Сэц-Пуэн, когда пополнение вместе с Джанисом спровадили в казармы. – Что там? Что Монсеньор?!
– Если верить пленным, из города вырвались три колонны. – Пьетро сохранял спокойствие, только каким же… нецерковным оно было! – Первой ушла Посольская палата и примкнувшие к каравану горожане. Это было днем, погромщики тогда еще опасались нападать на большие отряды. При желании мы сможем догнать господ дипломатов. Они вряд ли двигаются быстрей армейского обоза, то есть…
– Я представляю, – перебила Арлетта – а наш хозяин тем более. Итак, Глауберозе – ведь это он их ведет? – вырвался.
– Грабители не знают дипломатов по именам, но прорывом несомненно командовал военный, то есть либо дриксенец, либо алат. На закате через предместья на юго-запад пробился еще один сборный отряд. Видимо, отсеченные от главных сил военные. Эти уходили налегке, и мародеры их не тронули.
Основные события разгорелись ночью. Либо нам не повезло со свидетелями, либо таковых не осталось. Мы точно знаем, что после обеда к Старому парку стали стекаться… не впавшие в безумие горожане. Его высокопреосвященство, Проэмперадор и генерал Карваль были там же. Когда стемнело, беженцев начали выводить из города; сперва им сопутствовала удача, но у ворот Лилий началась резня, которую прекратили пожары.
Брошенных телег и повозок очень мало, так что колонна из города ушла. Наверняка ее прикрывали, наверняка многие из стоявших в заслонах погибли либо в бою, либо от огня. От ворот Лилий уцелевшие могут двигаться только на юг.
– Их можно догнать? – спросила Арлетта, почти зная ответ. – Они вышли позже и, если там горожане, идут медленней посольского обоза.
– Там мародеры, – ровным голосом напомнил Пьетро. – Люди все еще бегут из города, и бегут вслед за Проэмперадором…
– Значит, он жив?!
– Для беженцев – несомненно. Они хотят оказаться под защитой, а мародеры желают грабить. Убивать и насиловать они хотят тоже, но это дополнительный приз. Разбойники сбиваются в конные шайки по нескольку десятков человек и тянутся на юг. Нам встречаться с ними излишне.
– Сударыня, – подал голос отдышавшийся Сэц-Пуэн, – давайте… Лучше отступать на север. Мы догоним дриксенцев.