В Кэртиану приходит Полночь – время испытаний и отчаяния. Маршал Лионель, король Хайнрих и их союзники должны найти спасение в беспощадной ночи. Перед героями встанут невероможные выборы, а судьба королевства повиснет на волоске. Смогут ли они противостоять неумолимой силе или падут под...
Раздел Chitat.online для книги «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В Кэртиану приходит Полночь – время испытаний и отчаяния. Маршал Лионель, король Хайнрих и их союзники должны найти спасение в беспощадной ночи. Перед героями встанут невероможные выборы, а судьба королевства повиснет на волоске. Смогут ли они противостоять неумолимой силе или падут под...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В Кэртиану приходит Полночь – время испытаний и отчаяния. Маршал Лионель, король Хайнрих и их союзники должны найти спасение в беспощадной ночи. Перед героями встанут невероможные выборы, а судьба королевства повиснет на волоске. Смогут ли они противостоять неумолимой силе или падут под...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Вы меня не прогоните, я уйду когда хочу, сказав что хочу! Вы думаете, я вас боюсь? Да я вас ненавижу! Вас, ваших наглых сыновей, которые скоро обломают зубы о дриксенских молодцов… Талигу давно пора проиграть и сдохнуть! Я хочу видеть, и я увижу, как ваш драгоценный Талиг едят черви! И вот тогда я…
Мышь пыталась лаять на сыр, ей казалось, что у нее получается. Из этого могла выйти забавная притча, но как же было противно…
– Мэтр Шабли, – не выдержал Сэц-Пуэн, – вы хотели говорить о переводах. Сударыня, прошу нас извинить! Мэтру Шабли… нехорошо, он не может отвечать за свои слова.
Это оказалось последней каплей – «больной» обрушился на Сэц-Пуэна с базарной руганью, бедняга ошалело захлопал глазом и хриплым шепотом напомнил:
– Здесь дама… Графиня…"
"– Старая безмозглая сука! – уточнил ментор описательных наук. – Что она понимает, а вот ты, недоумок! Ты перебежал к ней… Еще бы! Савиньяки бросят кость и одноглазому уроду, если тот их позабавит. У дворян костей много, но мясо они жрут сами! Наглые, жирные уроды, отцы тупых ублюдков, из которых и четверть не носит своего настоящего имени. Такие, как вот она, делают наследничков с лакеями и кучерами, а потом ублюдки, выхваляясь якобы предками, швыряют в канавы уже своих сыновей от простых девушек…
– Я поняла, – холодно перебила графиня. – Савиньяки принадлежат к породе невежд, третирующих великие и непонятые умы. Так было и так будет. По крайней мере, с вами.
– У кобылы… У любой кобылы…
– Теньент, вам лучше бы пожалеть вашу лошадь. Ей ваша благотворительность обходится дороже всех, – посоветовала графиня Сэц-Пуэну, словно не слыша, как мэтр орет про отсутствие мозгов, зверино-дикарскую сущность Талига и его непростимые прегрешения перед просвещенными соседями и поруганными светочами мысли.
– Сударыня, – несчастный комендант не знал, куда деваться, – я… Это… Мои извинения… Я… Конечно же, я…
– Успокойтесь. – Арлетта безмятежно зевнула и быстро прикрыла себе рот ладонью. – Прошу простить, я просто засыпаю на ходу. Покойной ночи…
Ментор продолжал изрыгать брань, но женщина уже повернулась к ранимой натуре спиной. Шаг. Возглас Сэц-Пуэна, полувизг-полурычание и будто из ниоткуда выросшая черно-белая фигура с обнаженным палашом. Две фигуры!
Обернуться женщина не успела, ее толкнули в сторону и тут же подхватили, не дав упасть. Тонко свистнул рассекаемый воздух, раздался стук и какой-то влажный, с гнусным чмоканьем хруст.
– Все хорошо, госпожа графиня. – Как же тихо, как жутко тихо! – Порядок!
Новый ангел-хранитель. Оба… Второй – в шаге от товарища, тщательно обтирает клинок, а у его ног – мэтр Шабли, теперь уже покойный, и разрубленная пополам трость. Голова кружится, но не сильно, в запахи мирного вечера вплелась чужая, резкая струя.
