6
Вот и познакомились с графиней… Хорошо так познакомились! Луиза не рыдала и не ржала в голос лишь потому, что не знала, что ее душит – слезы или смех.
Савиньяк вытрясал из свидетелей душу, мать ему помогала, Селина, морща от усердия лобик, вспоминала выплеснутые на нее пакости, словно урок. Непонятные слова дочка заменяла теми, что были ей известны; получалось нелепо до чудовищности и чудовищно до нелепости, особенно когда невинная дева объясняла, что ее посылали в Ноху…
– Или в Нуху? – Сэль не была уверена до конца. – Там продают талигойских невольников. Этот человек мог хотеть, чтобы меня продали холтийцам…
– Я не думаю, что нам важны его желания. – Графиня говорила ровным голосом, но в черных глазах Луизе почудилась смешинка. – Мне кажется, Фарнэби, мы получили полное представление о душе вашего дворецкого.
– Мерзавец отправится на каторгу, – отрезал маркиз. – Завтра же. К сожалению, я не могу его повесить. Увы, не все поправки к кодексу Франциска полезны… Да-да, я знаю, что вы скажете. Я не могу повесить мерзавца, но и мерзавец с титулом не может повесить приличного человека. Все так, но в данном случае жаль.
– В данном случае идет война, а во время войны мерзавцев вешают, когда они попадаются. – Сын на мать не походил совершенно, и при этом родство просто било в глаза. – Поправки Диомида требуют лишь наличия свидетелей. Они есть.
– Так в чем же дело? – возрадовался любезный хозяин. – Правда, я не уверен в сноровке моих людей… Может быть, ваши «фульгаты»?
– Может быть. – Савиньяк поднялся. – Сперва я хочу увидеть этого…
– Кнуда, – с отвращением напомнил Фарнэби.
– Имеет смысл взглянуть нам всем. – Графиня взяла со стола что-то завернутое в шаль и встала.
– Но стоит ли дамам? – выразил сомнение маркиз.
– Мне – безусловно, госпожу Арамона я просила бы присоединиться к нам, а Селине идти не стоит, с нее впечатлений хватит.
Дочь, видимо, считала так же; поставив в известность Савиньяка, она успокоилась. Луиза вздохнула, вспомнив, как трепетное создание, вместо того чтобы лишиться чувств или хотя бы заплакать, тихо и упрямо толкало всех к Проэмперадору и добилось-таки своего. Не внял только Маршал: зловредный котяра умудрился извернуться, выпутался из куртки, плюхнулся наземь и тотчас исчез под домом.
– Сэль, – предложила Луиза, – поищи Маршала еще раз, только, пожалуйста, не одна.
– Я прослежу за этим, – заверил Фарнэби. – Мечтал бы лично, но ведь я должен присутствовать при допросе?
– Да, – подтвердил бесхвостый маршал. – Селине помогут «фульгаты». Маркус, вы были довольны этим Кнудом?
– Пожалуй… Дело свое знает, услужлив, понятлив. Будь иначе, я б его не держал.