В сердце Зверя третий том предлагает читателям невероятную атмосферу и драматичный сюжет. Глубокие символы, живописные описания природы и загадочные события завораживают читателей, заставляя задумываться о том, что скрывает полнота ночи. Каждая страница пронизана напряжением и неожиданными twist-ами, создавая уникальную и запоминающуюся интеграцию....
Похоже, «Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Но регент обязан заботиться о своей репутации. – Поставить бокал, подняться и улыбнуться, все-таки улыбнуться. – Когда дело будет сделано, вы в случае необходимости сможете меня отстранить и наказать, после чего сме́ните пули на хлеб. Но если топить в крови мятежи еще до их начала будете именно вы, остановиться и повернуть не выйдет. Вам просто не поверят или, того хуже, решат, что вы отступаете.
– И как ты таким вырос? – Рудольф взял бокал с не любимым им кэналлийским и залпом выпил. – Одно лицо с Арно, а заговоришь, Алваро в гробу ворочается.
– Насколько мне известно, в нашем роду прежде не было близнецов. Возможно, дело в этом. Монсеньор, мне хотелось бы выехать до обеда, причем с Лауэншельдом и Оксхоллом.
– Выедешь. А сейчас скажи в приемной, пусть разыщут врача, и быстро. Ты хоть помнишь, на что Сильвестр жаловался?
– Помню.
3
Ночью погода испортилась напрочь. Похолодало, и зарядил тот самый нудный, нескончаемый дождь, за который так ругают марагонскую осень. К полудню глинистая дорога начала раскисать, лошади и колеса еще не вязли, но несмолкаемое чавканье раздражало; впрочем, капитан Давенпорт пребывал не в лучшем настроении и нашел бы, на что злиться, при любой погоде.
Еще во Франциск-Вельде неугомонный Бертольд надавал Чарльзу глупейших советов, за которые огреб бы, не будь ранен, хорошую затрещину. Ядовитый змей предлагал засы́пать Мелхен цветами, исключая не любимые ею розы, сочинить шестнадцать поэм и выписать учителя музыки с лютней, дабы через год-другой усладить девице слух, пока же ощипывать для возлюбленной кур и потрошить «гусей».
Прошедший Мельников луг Давенпорт не мог не сожалеть о гибели Вейзеля, сочувствовал капитан и баронессе, тем паче что та ждала ребенка, но выслушивать многословные, раз за разом повторяющиеся рассказы было неприятно.
