Итак, в начале десятого все, кроме Валме, сидя за каменным столом, ловили смутные образы…
– Со стороны себя увидетьЖивым, увы, не суждено, –"
"процитировал на гальтарском маршал, очередной раз отдав должное гению Лахузы. «А писать должное обоснование за вас будет Лахуза? – вопрошал холеный, выписанный из Академии ментор. – Я не поверю, что это ваше решение, пока вы не покажете, как вы к нему шли». Писанину близнецы не любили, но по-разному: Эмилю не нравилось скрипеть пером, Лионель предпочитал до последнего все держать в голове и начинать разговор уже с выводов. Сейчас выводов не было, только разрозненные нити, которые для начала требовалось хотя бы разобрать.
– Монсеньор, – сунувшаяся в дверь физиономия вернула день, войну и дела. – Стоунволл, новости, говорит.
– Давайте, – Савиньяк перевернул лист с реестром безумств. – Добрый день, Томас.
– Господин маршал, – драгун торжественно продемонстрировал некий сверток, – это первый результат, который мой тесть решается предъявить. Изначально он был отправлен в Акону и поэтому задержался.
– Показывайте.
Чем, среди прочего, хорош лысый Томас, так это тем, что ему довольно один раз сказать и забыть, результат будет достигнут в должный срок или неделей раньше. Чем хороша война, особенно с равными противниками, так это тем, что она шпорит мысль и поднимает умных сержантов выше глупых полковников.
2– Порой война – единственная возможность осмотреть ничем не примечательные места, – засмеялся Арно. – Это не я придумал, а маршал Алонсо. Правда, места, которые он осматривал, потом частенько становились примечательными.
– Ты мог бы добавить, что они к тому же становились фрошерскими, – Руппи подмигнул виконту. – Война, кстати, еще и единственная возможность познакомиться с примечательными людьми, не будь ее, я бы остался без Морока и дюжины финтов от Вальдеса и Райнштайнера.
– Хорошо тебе, – подхватил Савиньяк, – я вот скоро без шляпы останусь. Валентин, ты-то что скажешь?
– Не будь войны, я бы рисковал остаться без себя самого, – не принял шутки Придд. – Руперт, вы могли составить собственное впечатление не только об адмирале Вальдесе и бароне Райнштайнере, но и о герцоге Ноймаринен и графе Савиньяк. Мы с Арно сейчас увидим принца Бруно…
– Лично я, – перебил виконт, – его уже видел. Правда, я был слегка не в себе и мало что запомнил, однако нос и уши у фельдмаршала точно есть. Будь иначе, это бросилось бы в глаза, но продолжайте, полковник, у вас так красиво выходит.
– Спасибо, капитан. Я хочу просить Руперта поделиться своими впечатлениями об окружении Бруно. Знать союзника, а мы сейчас несомненные союзники, даже более важно, чем противника.
– Почему бы и не посплетничать? – Фельсенбург слегка задумался.