Я даже спросила, нельзя ли отправить в Бергмарк меня, все так смеялись… Потом были еще две глупости, но мне они не мешали готовиться к замужеству, а теперь я не смогу! Это ты понять в состоянии?!
Так отчаянно смотрят упавшие лошади, смотрят и ждут помощи, и хорошо, если можно помочь! А если всей помощи – пуля, чтобы не мучилась?
– Гизелла, я даже не знаю…"
"– И я не знаю! Нам с тобой в Старой Галерее было так хорошо… Тогда я еще не успела понять, что ты не только танец в праздник! Я хочу тебя ждать, я тебе прощу все, что ты натворишь… И женитьбу, и интрижки, а они у тебя будут!
– Ты так думаешь?
– Я знаю. Папа маме не изменял, но в нем нет огня, как и в этом твоем Валентине, а в тебе есть… Знаешь, сколько про тебя говорят?
– Раз в двадцать меньше, чем про Ли, и раз в сто, чем про Рокэ.
– Если считать генералов и старух… Мама собирала новых фрейлин Октавии. Почти всех, твою Иоланту не позвали… Мы ели сласти и болтали, так вот, про твоего брата не говорили вообще.
– Еще бы, ведь Ли тут нет! Я тоже… скоро уеду, и у тебя все наладится.
– Ты уезжаешь? Куда?!
Да куда угодно, только бы поскорее!
– Я – разведчик, мое место при армии. Меня и сюда-то занесло, потому что надо было проститься с фок Варзов… Жаль его ужасно! Беднягу даже не убили, сердце сдало, прожил бы чуточку побольше, хотя бы Алву еще раз увидел.
– Ты можешь позвать Леону? – Девушка даже не встала, взлетела, как куропатка из-под ног. – Прямо сейчас?
– Могу, конечно.
– Так позови! Ты меня не любишь, я поняла, но я… Я тебя любить буду всегда. И ждать тоже буду. Что бы с тобой ни случилось, я буду тебя ждать, пойми это, пожалуйста!
– Спасибо.
– Не благодари. – Одна слеза все-таки выкатилась, и Гизелла ее смахнула. – Я не рада, что так вышло, но деваться мне некуда… Если бы я умела, я бы тебя приворожила, пусть это сорок раз грех и вечное проклятие. Но я могу только ждать и надеяться, что ты вспомнишь обо мне когда-нибудь… Тебе будет плохо или скучно, и ты вспомнишь и придешь. Зови Леону!
– Сейчас.
В кабинет Арно влетел, будто за ним гналась мармалюка, аж какие-то бумаги на пол спорхнули.
– Тебя укусили? – Кажется, мать была встревожена.
– Прошу простить за вторжение, – выдавить из себя улыбку виконту все-таки удалось. – Гизелла вспомнила о важном деле, и ей нужно срочно вернуться.
– Да, – согласилась маркиза Ноймар, – важные дела лучше выполнять немедленно. Арно, ты бывал в Алвасете?
– Нет пока.
– Это ошибка, и ее нужно исправить. Не дай этой весне уйти, она не вернется.
– Весна, – странным голосом откликнулась мать, – танцует с ветрами…
4
Каштан рядом с добротным двухэтажным домом внезапно вспомнил о другом дереве и другом окне. И о просьбе не умирать.