Так он встречал лишь Сэль, и Мэллит, обтерев руки, поспешила к двери; она как раз успела увидеть, как Маршал вскочил на сундук, что ночами служил ложем караульному, и принялся царапать засов. Затем раздался стук, и несший стражу заговорил с тем, кто ждал снаружи. Разговор был недолог, зазвенело железо, и в дверном проеме Мэллит увидела Сэль в незнакомом плаще. Подруга была весела, а за ее спиной разгружали сани.
– Ты вернулась! – вскрикнула гоганни, раскрыв объятия. – И это радость радости!
– Я холодная… – Селина отстранилась и торопливо сбросила плащ и поддетую под него куртку. – То есть я живая, просто на улице мороз! У тебя все в порядке? Маршал!
Подруга подняла урчащего кота и прижала к груди, но чёрно-белый, хоть и был счастлив, желал ощущать под лапами пол. Он выказал свое желание и был отпущен.
– Воины говорят, что он размордел, – улыбнулась Мэллит. – Я получила твое письмо и все делала, как ты велела. Названный Эйвоном еще спит, потому что, сам того не зная, пьет на ночь сонную траву. Раны хромого полковника зажили, и он вновь хочет воевать, а к празднику монсеньор Лионель прислал тебе и мне дары даров. Ты голодна?
– Мы в дороге перекусили. Сейчас «фульгаты» притащат вещи, и пойдем всё смотреть, я тоже подарки привезла. В Доннервальде нашлось много нужного, хотя дело, похоже, в господине Юхане. Я думала, мы умеем покупать, а мы это делаем, как козы.
– Козы?
– Ну или лошади… Они идут туда, где есть трава, и пасутся, а если хорошей травы нет, едят плохую или ждут, когда хозяин накормит. Вот господин Юхан, тот покупает так, как Маршал охотится… Мы для тебя такую красоту нашли!
Главной радостью Мэллит была встреча, и гоганни об этом говорила, пока вновь вспрыгнувший на сундук кот обнюхивал одежду и познавал новую сумку из желтой кожи, большую и туго набитую.
– А как рада я! – Сэль смотрела на любимого зверя и смеялась. – Но ты наверняка хочешь нас накормить, а я хочу, чтобы тебе понравилось то, что добыл господин Юхан.
– Кто он? – решила узнать гоганни. – Я не слышала этого имени, и оно звучит непривычно.
– Он – шкипер, дрикс и друг господина Фельсенбурга, про которого я тебе говорила… Руперт один из лучших людей, которых я знаю, и это очень грустно. Я тебе потом про него расскажу.
– Я буду слушать и понимать, – Мэллит понизила голос, – ты говорила, что нареченного Эйвоном нельзя выпускать, но упрямый стремился к любимой, и я ударила его по голове вторым с края молотком для отбивания мяса. Он был самый подходящий и не нанес большого вреда!
– Какая же ты молодец! Ничего, скоро в Акону приедет монсеньор Рокэ, он Эйвона куда-нибудь денет.
– Мы обманом удержали страстного в постели, я и хромой полковник… – рассказать надо было много, но наверху уже раздавались неровные шаги.